Книга Новобранцы холодной войны, страница 99 – Ирина Дегтярева

В конце года Секо с Мансуром и несколько представителей от PYD полетели в ОАЭ.

Египтянин расстарался, снял квартиру для Секо и Мансура и отдельную для сирийцев. Мансур в этом усмотрел умысел. Он считал, что обе квартиры нашпигованы аппаратурой. Более того, ощущал кожей и видеоконтроль. С Секо серьезные дела старался обсуждать только на улице, в шумных местах, где сложно записать хороший звук с помощью дистанционной аппаратуры.

Он вновь стал намекать Секо, что не стоит раскрывать всех деталей предстоящих переговоров посредникам, подразумевая египтянина. Дескать, те, кто суетится в таких делах, где не очевидна личная заинтересованность, имеют все же свой интерес, но, как правило, скрытый и на стороне. На стороне противника или конкурента.

— Какой у него в этом деле профит? Чего он мельтешит? Он же на съем квартир не представительские деньги тратит, а из своего кармана. В ОАЭ не прокатит такой вариант — принять негосударственную делегацию за счет госказны. Мы же не коллектив терапевтов. Нас стопроцентно приняла в объятия местная контрразведка и присматривают за нами, возможно, не они одни. Вряд ли они упустили тот факт, что прилетел в Дубай начальник безопасности курдов РПК. Ты личность-то заметная. Я бы еще проскочил, а твоя персона уж точно не останется без внимания. И курды PYD тоже. Даже если благодаря египтянину местным спецслужбам известно о наших намерениях заручиться поддержкой руководства ОАЭ в переговорах курдов с правительством Сирии, все равно приглядывать будут. Это аксиома.

— Какой ты умный! — нарочито восхитился Секо, но в его глазах мелькнула неуверенность.

Они расположились в одном из ресторанов огромного торгового центра с видом на поющие фонтаны. Террасы уже заполнились туристами, да и местными, пришедшими поглазеть на вечернее шоу.

Народ гомонил разноязыко, всполохи вспышек фотоаппаратов то тут, то там высвечивали счастливые моменты чьей-то жизни.

Мансур подумал, какой бы момент запечатлел фотоаппарат из жизней Секо и его, сфотографируй их кто-нибудь сейчас? Он поежился, решив, что их и снимают на видео, и фотографируют, но карточки не вклеят в альбом на память, а видео будут просматривать в полумраке спецкинозала люди в деловых костюмах и с постными равнодушными лицами, для которых такого рода просмотры рутинная работа.

— По-моему, ты передергиваешь, — нашел что сказать Секо. — Нет, я понимаю, существование в Стамбуле в условиях жесткой конспирации не способствует легкому отношению к жизни, но тут уж перебор.

Секо расслабился — это очевидно. Он крайне редко выныривал на поверхность действительности из своеобразного милитаризированного мирка горной жизни РПК, а если и поднимал перископ, то видел там отряды ДАИШ в Ираке, уничтожавшие курдов-езидов; окраины Мосула, полуразрушенного бойцами черного халифата и американскими оккупационными силами, которые вместе с турками штурмовали многострадальный город, не допустив союзные силы из числа курдов до непосредственного штурма, оставив их в оцеплении из опасения прямого боестолкновения их с турками-союзниками. А на самом деле не желая демонстрировать, как выводят руководство ДАИШ в безопасное место из-под огня для осуществления далеко идущих планов — им нужны опытные террористы по всему миру. В тот момент они в них нуждались в Сирии и затем в Афганистане, где те, после спасения из Мосула, возглавили филиал ДАИШ — «Вилаят Хорасан».