Книга В тени скалы, страница 69 – Ирина Дегтярева

Тарек решился выглянуть из своего убежища. Едва он поднял голову, как ему в лоб уткнулся ствол «Тавора» [«Тавор» ТАР-21 – современный израильский автомат]. Перед ним стояли два солдата, прикрытые прозрачным бронещитом.

— Встать! – по-арабски велел тот, который нацелился Ясему в лоб. – Ствол на землю! На землю, я сказал!

Тарек мешкал долю секунды и подчинился, увидев во взгляде израильского солдата решимость выстрелить незамедлительно при малейшем неповиновении.

Учитывая, что они никого больше не схватили, Тарек заключил – за ним пришли персонально.

— Руки за голову! На колени! – велел тот же парень.

Ясем успел заметить, что он расаб [Расаб (полное название рав-самаль бахир) – прапорщик], а не обычный солдат. Руки за голову завел, но на колени вставать не собирался. Тогда один из солдат выскочил из-за щита и, забежав за спину Ясема, ударил ему тяжелым ботинком под коленку. Тарек охнул и бухнулся на асфальт.

— Руки назад! – скомандовал расаб из-за щита. И сказал что-то на иврите солдату.

Тот затянул на кистях Ясема пластиковые наручники. Затянул так, что они впились в кожу, но Тарек промолчал.

Его быстро обыскали, забрали паспорт, который перекочевал в карман расаба. Сумка с вещами валялась рядом, ее тоже подобрали.

В БТР задержанного сажать не стали, отвели в здание КПП пешим порядком. Тарек очень надеялся увидеть там Руби, но ждал его другой. Невысокий, грушевидного телосложения, средних лет. Его внешность и мягкое вкрадчивое выражение лица не обманули Тарека. Самые отъявленные садисты, работавшие в подчинении Ясема, имели вид ангельский. Но они были теми ангелами, о которых упоминается в Коране, способными одним лишь криком прогнать джиннов.

Сейчас в качестве джинна выступал Тарек. Но добряк в замшевых, цвета слоновой кости мокасинах разговаривал пока мягко. Выразил легкое недоумение по-поводу иракского паспорта Басира Азара.

— Ты не палестинец? Что делал в секторе?

— У меня тут жена, – решил пока не отходить от канвы правды Тарек.

— С какой целью собирался к нам?

— Бегу от войны. Вы же бомбите. Страшно, – сказал Тарек и сразу почувствовал, как фальшиво звучат эти слова в его устах. Не выглядит он человеком, способным бояться и бежать от войны. Такие обычно оказываются в самой гуще событий.

— Где же твоя жена? Бросил ее от страха? – с усмешкой спросил грушевидный, начиная поддавливать пока что только интонационно.

Они разговаривали в одном из помещений КПП, без окон, напоминающим кладовку. За дверью остались солдаты и расаб, который привел сюда Тарека.

— Она ранена, и родственники посчитали, что ей лучше остаться.

— Откуда у тебя автомат? – Он указал на лежащий на столе АК хамасовца, подобранный цахаловцами вместе с сумкой Тарека.

— Это не мой. Там парень был вооруженный, он бросил автомат, а я подобрал. С перепугу. Я же не стрелял.

— А где винтовка?

— Что? – не понял Ясем, но тут же его осенило – все дело в бликах от зеркальца, пущенных им в объектив камеры наружного наблюдения. Он мысленно выругался. На такой эффект Тарек не рассчитывал и понимал, что теперь последствия могут быть вовсе непредсказуемыми.

«Где же Руби?» – с тоской подумал он, понимая, что допрашивающий его не из Моссада, а из Шин-бет. И если Руби не вмешается на данном этапе, впоследствии ситуация может усугубиться фатально для Тарека и его дальнейших перспектив не только как разведчика, но и в плане жизненных перспектив.