Книга Сын Йемена, страница 81 – Ирина Дегтярева

Муниф подумал, что так может написать только женщина, и почерк женский — слишком аккуратный. Его очень смутило бы, если в самом деле пришлось вести переговоры с дамой. Он привык, что в Йемене они в большинстве своем неграмотные и в общественной жизни никакой роли не играют. Как с ней можно вести переговоры? Однако выбора нет. Он разорвал записку на мелкие клочки и спустил их в унитаз, зло покосившись на датчик дыма, висевший в том числе и в туалете.

В клуб могли заходить только постояльцы номеров люкс, живущие начиная с двадцать восьмого этажа и выше. Значит, она тут тоже поселилась, как и ее спутник, который сразу же ушел из-за столика, где она сидела, едва в дверях клуба появился Муниф. Перед ней стояла чашка кофе, незнакомка читала газету «Аль-Джазира». Муниф не видел ее лица и на мгновение замешкался. Подумал, что влез не в свое дело. О чем он с ней может говорить, ведь у него даже нет полномочий от хуситов на подобные переговоры с иранцами? Они наверняка и сами ведут с персами диалог, но пока не столь продуктивный, чтобы хуситам хватило решительности перейти к активным действиям. Хотя если Центр организовал ему эту встречу, то прекрасно понимал уровень его компетентности и насколько он уполномочен вести такие переговоры.

Незнакомка опустила газету и поглядела по сторонам. Мунифу ничего не оставалось как подойти.

— Присядь же, не стой, — негромко сказала она по-арабски. — Если что, ты хотел купить мою картину для квартиры Джазима.

Его изумили ее осведомленность и ее красота. Он редко видел женщин так близко, если не считать приемную мать и сестру.

— Какие картины? — так же тихо спросил он.

— Я художница Симин Сарда. Мои картины стоят дорого и есть в некоторых музеях Европы и США, а также в домах очень богатых людей… Идет официант, — предупредила она. — Так что, уважаемый Муниф, тебе понравилась та моя картина с быком? — уже громче заговорила Симин слегка надменно. — В принципе я могу исполнить такую же или нечто похожее. Что предпочитает ваш заказчик? Масло, акварель?

Официант остановился в шаге от стола. Муниф заметил его и попросил кофе, как у госпожи, а сам заговорил с художницей с похожими интонациями:

— Его вполне бы устроила картина маслом, сейида Симин. Надо сказать, вкус у него европейский. Он весь дом обставил как джентльмен. Я надеюсь, это не будет слишком современно? Он в какой-то степени ретроград, может не понять новомодные тенденции в живописи и просто-напросто огреет меня палкой за такую самодеятельность. Я-то человек более широких взглядов. Я бы и Цзя Айли повесил в доме, если бы не опасался гнева Джазима. «Божественное государство» — эта картина прямо про нас. Человек с горящей головой, — Муниф случайно недавно видел это произведение художника Айли по телевизору и запомнил.

Однако его познания удивили Симин.

— Странный у тебя вкус, — пожала она плечами.

— А ты так легко везде ездишь? — спросил он. — Тебя выпускают? Ах ну да, ты же известная художница. — Он подался вперед: — КСИР?

— Тебе это так важно? МИ, если тебе это о чем-то говорит. Какие еще вопросы? Или перейдем к делу?

— Кто он? — Муниф кивнул в сторону мужчины, отсевшего на диванчик у стены и тоже увлекшегося чтением газеты.

— Брат, — коротко ответила она и добавила раздраженно: — Сюда же не въедешь без сопровождения мужа или родственника.