Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 26 – Виктория Кузьмина

Пройдя недолго по гравийной дорожке с пробивающимися зелёными ростками каких-то цветов, Захар показал Тиму рукой на гору, в которой был выдолблен вход, и перегорожен всем, чем только можно и везде висели таблички: «Не входить! Опасно!»

— У вас здесь были шахты? — спросил Тим.

— Не были. Они здесь есть и они функционируют, но то, что в этих шахтах… это под запретом. Наш клан, а в частности наша семья, хранит эти шахты.

— И что там?

Захар подхватил руку Тима, на которой было кольцо, переданное Степаном, и постучал пальцем по чёрному камню.

— Там находятся залежи вот этого камня.

— И что? Неужели больше нигде эти камни не лежат? И насколько я знаю…

— Ты многого не знаешь, Тим, — оборвал его Захар. — Если эта руда попадёт не в те руки, они начнут пытатся изготавливать из неё артефакты. И тогда в ход пойдут такие девчули, как твоя Соня. Артефакты делают из душ. Ты думаешь, почему больше не создаются артефакты? И те, кто их создавал, тот клан, по слухам, весь вымер?

Тим припоминал, что подобное говорил не так давно Агастус. Это было, когда наследник волков всё же принял наказание и забрал свою пару, и Гас передал этим двоим обручальные кольца, которые не дают влиять друг на друга… но чтобы всё было так, Борзов и не подозревал.

— То есть у вас здесь находится камень, с помощью которого можно сделать подобные кольца?

— Не только кольца. Из них много чего делают. Но факт остаётся фактом — этот камень способен впитать в себя силу. Искры, арбитры, видящие, все ведьмы окажутся в опасности, если такое количество камня попадёт в чьи-то лапы. И мы должны сохранить это. На наших плечах, на плечах этого клана, лежит ответственность. И я не могу доверить её никому из другой семьи.

— Ты доверяешь людям собственного клана?

— Они не должны нести ответственность за то, что сделали наши предки.

Тимофей развернулся и спросил:

— Что сделали?

— Те, кто делали эти артефакты, это наш род. Это твой и мой род. Те, кто добывали эти камни, а потом обрабатывали и изготавливали из них артефакты.

Тимофея затошнило. Он представил, что на месте одной из несчастных девушек могла быть его Соня. Что из неё изготовят кольцо, что её взгляд погаснет, когда с её пальца сорвут колечко с камнем. И внезапно он увидел поблёскивание крошки на своём кольце, которую изначально принял за стекло.

Это была чья-то душа. Как и говорил Степан когда передал его ему. Захотелось сорвать его нестерпимо и выбросить к чёрту.

— Вот такая погань, — хмуро произнёс Захар и, развернувшись, пошёл на выход.

— Зачем это белым? — спросил Тим, догоняя его.

— Они вымирают. Постепенно. И численность довольно сильно начала сокращаться.

— Почему?

Захар пожал плечами и произнёс:

— Ходят слухи, что альфа белых изначально был как не от мира сего. Немножечко сумасшедшим. Он считает метки пары слабостью и не даёт их ставить. Его жена родила ему без метки, и он поставил запрет на них. Сильная пара дает сильное потомство, а слабакам не место в этом мире. Сейчас его сын уже взрослый, и на севере зреет огромный конфликт. Закрытый. Два чудовища столкнулись лбами не на жизнь, а на смерть за эти чёртовы метки.

— Так сын отца не поддержал?

— Нет. Он, как мне кажется, скоро устроит переворот. И альфа это чувствует, но он стар и слабеет с каждым днём. Его зверь не подпитывается своей парой без метки.