Онлайн книга «Присвою тебя. Навсегда»
|
— Соня! Соня, прошу тебя, ответь! Не бросай трубку! Сон…! И я отключаю её, нажав на красную кнопку так резко, что телефон чуть не выпал из рук. Убираю его и хватаюсь за подоконник ладонями, сжимая дерево так сильно, что заноза впивается в кожу, вызывая острую боль. Дура. Я ведь себе больнее делаю сама. Зачем всё это было, если я не могу сдержаться? Я сделала ему так больно, а он мне… Малыш… Оседаю на пол, прижимая колени к груди и уткнувшись лицом в них. Дура я. У меня скоро свадьба, где моя дорожка будет не к алтарю, а на эшафот, и я, вместо того чтобы пытаться сбежать, рву себе сердце. Я так и не нашла способ сбежать ведь теперь все стало сложнее. Ведь я даже на краю света буду думать о том, что мама тут. Одна. И не иметь возможности даже увидеть её. Чертов ублюдок... Хитрый и изворотливый. Телефон в кармане завибрировал, и я достала его, увидев смс и кучу пропущенных с номера Тима. «Возьми трубку» «Соня, пожалуйста, возьми трубку» «Он ничего тебе не сделал? Скажи мне хоть об этом» «Я заберу тебя» «Я найду способ» «Прошу тебя, ответь» Читать нет сил, и я выключаю телефон, впервые осознавая, как сильно я хочу его обнять. Просто обнять, уткнуться ему в грудь, почувствовать его запах и услышать, как он говорит, что всё будет хорошо. Глава 10. Альфа Сжав телефон в ладони так сильно, что услышал треск пластика, Тимофей замер, и рука сама собой разжалась, потому что вдруг она ответит, а он уже раздавил телефон в клочья. Но она молчала. Не отвечала на звонки и смс. А ему её всхлип душу вывернул наизнанку, словно кто-то взял и выпотрошил всё живое, что было внутри. Дурочка его маленькая. Сильная девочка. Не выдержала и позвонила. Возможно, почувствовала его, как он её. Тим приложил руку к перебинтованной груди, и тут же по телу прошла волна тупой ноющей боли. Раны сходились тяжело. Медленно, мучительно, хотя для оборотня это было странно, ведь обычно они заживали за пару дней. Он не проиграл ни одному противнику. Прошёл три этапа, и остался последний бой. Как Захар и сказал выдающихся из них только двое, и на днях будет последний бой. Всё решит жребий. — Ты чего подскочил?! Дурак! — дверь распахнулась с грохотом, и на пороге возник Захар, уже рычащий, с налитыми кровью глазами. — Рана откроется, а мне потом кишки твои собирать по комнате?! Тим сжал челюсть, стараясь не показать, как больно, и прорычал сквозь зубы: — Не дави мне на мозг. И без тебя хреново. Захар подошёл и, подхватив Тима под плечо, помог дойти до кровати и лечь обратно. Пружины скрипнули под весом, и Тим прикрыл глаза, стараясь дышать ровно. — Нехило он тебя задел когтями, — произнёс Захар, оглядывая повязку, из-под которой уже начала просачиваться кровь. — Но ты отлично сражался, если учесть, что он был в форме зверя, а ты так и не обратился. Он подал ему стакан с мутной жидкостью тёмно-зелёного цвета и впился взглядом в глаза: — Почему не обращаешься? Тебе не победить без второй формы. Тим сжал челюсть, смотря в стакан и понимая, что Буреломов прав. Но его медведь всё ещё сидел в углу сознания, повёрнутый к нему мохнатой задницей, и на контакт не шёл ни в какую. Не желая иметь со своим человеком ничего общего. Хотя сейчас, стоило услышать отголосок её всхлипа, мохнатый тут же уши навострил. |