Книга Злодей, который меня убил 2, страница 116 – Кира Иствуд

— Какой вы глупый, сэр, — возмущённо шепчет сестра, а сама прячет улыбку в уголках губ.

— Рядом с вами, голова совершенно отказывается думать.

— Ах, опять виновата я. Что же делать…

— Возьмите ответственность.

Смущённо улыбаясь, они говорят друг другу что-то ещё, но уже не разобрать слов. Их образы подёргиваются дымкой, а на меня накатывает слабость. Обернувшись, я нахожу глазами дверь… сейчас на ней табличка «Выход».Пройдя к ней, я касаюсь латунной ручки. А спустя миг, открываю глаза уже в овраге.

Я снова лежу в снегу, только теперь возле того самого склона, где у меня получилось призвать магию и дотянуться до двери. Что я увидела? Воспоминание о прошлой жизни? Нет, вряд ли… Лисия была в костюме, которые надела благодаря мне. Получается, я проникла в Ирриальность и встретила событие, которые произошло прямо сейчас.

Сил потратилось не мало.

Холод кусает кончики пальцев, на ресницы налипли снежинки. Подняв руки к глазам я вижу — ладони светятся, но едва-едва. Мне и правда подвластна сила алтаря. Я могу подключаться к нему, даже находясь здесь.

Получается, я могу увидеть кого угодно? Подсмотреть за Гилбертом. Убедиться, что с Викторией всё в порядке?

Вроде, это не опасно. Клоинфарн не появился, а дверь с табличкой «Выход» вывела меня обратно. Надо выбрать к кому заглянуть, потому что сил на всех у меня не хватит. Но хотя бы проверить Викторию я смогу.

Я уже закрываю глаза, чтобы снова попытаться нырнуть к дверям, как вдруг сердце ёкает, заставляя вновь распахнуть веки. И тут же вжаться в снег, задержать дыхание. Ведь над оврагом мелькает зловещая звериная тень… Я слышу низкий рык, от которого стынет кровь.

Через миг в овраг на мощные, но мягкие лапы приземляется огромный серебряный волк. Из клыкастой пасти вырывается облако пара. Внимательные зелёные глаза будто заглядывают в душу. А потом силуэт зверя вытягивается, превращаясь в самого красивого мужчину во всей Теаррии.

— Вот ты где, моя снежная принцесса, — хрипло выдыхает Джаред.

Наклонившись, он обнимает меня горячими руками и забирает из снега.

Джаред поднимает меня так легко, будто я легче кроличьей пушинки.

— Всего на пару часов тебя оставил, а ты уже в овраг свалилась, — ворчит он, согревая магией и теплом объятий. Я дрожу в его руках, чувствуя себя маленькой девочкой.

— Ты здесь, — шепчу, положив голову ему на грудь.

— Конечно, куда я денусь. Замёрзла? Зачем же в сугробе валялась, малышка-кролик? И кольцо не стала разбивать… И что мне с тобой делать? Ладно, держись крепче!

Прошептав заклинание, он с разбега выбирается наружу. Мягко замирает на краю оврага, выдыхая пар. Нас окутывает рыжеватое свечение, язычки пламени загораются в платиновых волосах принца, но они не обжигают, лишь ласково греют.

— Пока тебя искал, встретил других девушек. Судя по запаху ты сначала была среди них, а потом отбилась… Они, кстати, чесали вообще в противоположную сторону. Я уж останавливать их не стал, раз они потеряли мою принцессу.

Джаред отходит от оврага, а потом, не выпуская из объятий, садится на поваленное дерево, мягко стирает большим пальцем льдинку с моей щеки.

Пока отогреваюсь в объятиях, принц рассказывает, как искал меня в лесу и кого встречал по дороге.

Я плохо различаю смысл слов, слушая его голос как прекрасную музыку. Смотрю на упрямые мужские губы, втягиваю носом хищный волнующий запах, чувствуя, как разгоняется дыхание, как сердце всё настойчивее толкается в рёбра. Невыносимо хочется прижаться ближе, приникнуть к мужским губам, почувствовать на языке морозную клюкву и горечь дыма. Внутренний кролик заворожённо тянется к паре, жалобно требуя пустить его.