Книга Мама, я не хочу быть Злодеем, страница 50 – Александра Король

Он и раньше не раз пытался меня подбодрить, но, если честно, получалось не очень. Да и вряд ли могло получиться. Я чувствовала себя жалкой и беспомощной, до такой степени, что порой просто опускались руки.

В тот день я всё же привела свой план в действие. Ранним утром отправилась к законнику. Тучный мужчина с закрученными усами, едва выслушав мою просьбу, засыпал меня вопросами. Был ли заключён письменный договор? Самостоятельно ли я передавала деньги, без принуждения? Жестоко ли обращался учитель с учеником? Обговаривали ли мы чёткий план занятий? И главное – имеется ли у него эль-узо, то есть официальное разрешение мага на практику и использование магии в коммерческих целях?

Что я могла ответить? Я знатно опростоволосилась.

Единственное, за что можно было попробовать зацепиться, – мошенничество и завышение реальной стоимости материалов. Но доказать это было чертовски сложно. Его, как и меня, могли ввести в заблуждение поставщики. А главное, моё обвинение в том, что он не обучил сына магии, разбивалось о простой факт: договора не было, магию он официально не применял и, следовательно, закон не нарушил. Фактически, он просто был… нянькой. Дорогостоящей нянькой.

«Без бумажки ты – какашка», – эта поговорка оказалась верной и для этого мира. Именно так я себя и чувствовала всё последующее время. Никакие доводы, что я не знала, не могли меня успокоить. Горький осадок остался: будь на моём месте мужчина высокого положения, да ещё и маг, шестерёнки закона провернулись бы в нужную сторону мгновенно.

Неудивительно, что ни в доме Бродонса, ни в его съёмном «леднике» никого не оказалось. Я упрямо навещала пустое жилище ещё раз пять, пока наконец не поняла окончательно – он сбежал. И тогда я начала в спешке продумывать наш путь в Бармар.

И вот теперь мы трясёмся в дилижансе – общественном транспорте, курсирующем между городами. Нечто вроде здешней электрички, только на конной тяге.

Из-за этого в каждом населённом пункте приходилось пересаживаться на новый маршрут. Мы уже совершили две такие пересадки, впереди было столько же. Все неудобства – духота, толкотня, тряска – перекрывал лишь один фактор: дешевизна. А он, по милости Бродонса, стал для нас решающим.

— Остановка закончилась! Прошу всех внутрь! – прокричал кучер.

Пришлось вскарабкиваться в душную кибитку и занимать свои места на твёрдой, нещадно продавленной скамье. «Когда же это кончится?» – думала я с тоской, хотя в пути мы были всего полдня.

Я посмотрела на Кевина. Он, как маленький джентльмен, пропустил вперёд пожилую даму, а затем, отказавшись от помощи Бена, с трудом, но самостоятельно забрался следом.

Какой же он у меня чудесный! И от этой мысли на сердце становилось ещё горче. Он явно расстроился из-за внезапного отъезда, который последовал сразу после того, как он поделился со мной «секретами» учителя. Хоть и не знал истинной причины, но чувствовал связь. И расстраивался вдвойне. Ведь мистер Бродонс ему искренне нравился, а я сначала дала, а потом сама же и отняла любимого учителя.

Теперь сын на меня злился. Не по-детски, не надувая губ и не закатывая истерик, но я чётко ощущала, как между нами выросла невидимая, но очень плотная стена.

Наконец самый длинный отрезок пути завершился. Мы остановились в постоялом дворе, который порекомендовал кучер. Кое-как освежились, поужинали скудной похлёбкой и рухнули спать, чтобы с первыми криками петуха уже стоять на пыльной площадке – месте стоянки дилижансов.