Книга Таверна «Одинокое сердце», страница 64 – Стасия Викбурд

Я стояла у стойки и любовалась тем, как оживает таверна — и душа моя наполнялась теплом и радостью. Каждый гость был как кусочек мозаики, складывающийся в картину настоящей жизни.

Кузнец Берн и его жена сели за любимый стол у окна. Она поправила ему ворот рубахи — так нежно, по-домашнему, — он улыбнулся и погладил её руку. В этом простом жесте было столько любви и заботы, что у меня на глаза навернулись слёзы. Я заметила, как на их руках блеснули кольца — простые, но такие родные, словно часть их самих.

Рядом расположились молодые ремесленники, которые раньше едва перекидывались парой слов. Теперь они сидели рядом, смущённо улыбались и то и дело касались друг друга плечами. Девушка — белокурая, с румянцем во всю щёку — шептала что-то парню на ухо, а тот краснел и опускал глаза, но всё равно улыбался до ушей. Их пальцы случайно соприкоснулись над столом, и оба вздрогнули, будто от удара тока, но не отняли рук.

Пара пожилых торговцев оживлённо спорила о ценах, но было видно, что им просто приятно снова встретиться. Старик в сером кафтане размахивал руками, доказывая что-то, а его оппонент кивал, но в глазах у обоих светилась радость. Они то и дело прерывались, чтобы отхлебнуть из кружек, и каждый раз поднимали их друг другу в молчаливом тосте.

Особенно меня трогали молодые пары. Они приходили, держась за руки, смущались, когда я подавала им блюда, переглядывались и краснели — и в этих взглядах читалось что-то большее, чем просто симпатия.

Одна девушка, совсем юная, с косичками и веснушками, шептала своему спутнику:

— Помнишь, как мы впервые встретились здесь? Ты тогда пролил эль на скатерть, а я помогла вытереть…

— И с тех пор я не могу без тебя, — тихо ответил парень, беря её за руку.

Я улыбнулась, ставя перед ними тарелку с горячим пирогом и миску маринованных яблок — тех самых, что мы заготовили в дождь.

— Приятного аппетита! Пусть ваша история будет долгой и счастливой, — сказала я от всего сердца.

Они покраснели ещё сильнее, но улыбнулись в ответ — и я почувствовала, как внутри разливается тепло. В этот момент мне показалось, что таверна действительно обладает какой-то магией — она соединяет сердца, даёт шанс тем, кто ищет любовь, и укрепляет тех, кто уже нашёл её.

Стоя у стойки, я наблюдала за гостями и чувствовала, как в душе рождается тихая, светлая радость. Эти люди находили здесь что-то важное — любовь, дружбу, понимание. Таверна действительно соединяла сердца.

И в эти моменты я вспоминала того незнакомца — единственного мужчину, с которым у меня что-то было в этом мире. Его лицо уже расплывалось в памяти, но осталось ощущение тепла, искренности, какой-то светлой искры. Я закрыла глаза и попыталась вспомнить его голос, улыбку, прикосновение — но вместо этого почувствовала, как ребёнок внутри меня слегка толкнулся, будто напоминая: «Я здесь. Я — твоя новая история».

«Может, когда-нибудь я его встречу снова, — думала я. — Или найду кого-то другого. Главное, что теперь я знаю: любовь существует. Она здесь, в этих улыбках, в этих взглядах, в тепле, которое исходит от людей, когда они рядом с теми, кто им дорог».

Я погладила живот — едва заметно, стараясь не привлекать внимания. Мой ребёнок родится в мире, где есть любовь. И я сделаю всё, чтобы он вырос в тепле и заботе. В этот миг мне показалось, что сама таверна шепчет мне: «Всё будет хорошо. Ты не одна. Мы поможем».