Книга Корона Олимпа, страница 15 – Кейт Ашер

Он наконец поднял голову; его бледно-голубые глаза были полны боли.

— Ты ведь понимаешь, как это опасно? — Он подался вперед, нахмурившись. — Как легко любому из них будет отомстить тебе за приговор Зевсу? Его сыну может захотеться поэтической справедливости собственного приготовления.

Я кивнула. Я знала об этой опасности слишком хорошо.

— Любой из них будет счастлив отправить тебя прямо сюда. Только вместо моей прекрасной лучшей подруги — живой, здоровой и целой, — которая умоляет меня потанцевать или достает просьбами сыграть в «Перевозчика»... я буду перевозить тебя через Стикс как бесплотный клочок души.

Харон протянул руку; его ладонь замерла над моим предплечьем, будто он боролся с желанием нарушить мою невидимую границу. Затем резким движением он отпрянул, запустив пальцы в свою непокорную гриву.

— Тогда мне повезло, что ты рядом со мной, — тихо сказала я.

— В этом-то и вся соль! — крикнул он, вскакивая на ноги и начиная мерить шагами комнату перед камином. — Нисс, я не смогу защитить тебя на испытаниях. Я не смогу спасти тебя или помочь со стороны. Всё, что мне остается — это стоять столбом, крутить гребаными пальцами и смотреть, как ты страдаешь.

На последнем слове его голос сорвался, а лицо исказилось. Я медленно поднялась и подошла к нему так осторожно, как подошла бы к раненому зверю. Неуверенно потянулась и легонько дернула за прядь его волнистых светлых волос.

Убитое горем лицо Харона встретилось с моим сквозь завесу его спутанной шевелюры. Мы оба наблюдали, как пряди в моих пальцах белеют, теряя цвет и жизненную силу от моего прикосновения. Я быстро отпустила их. Цвет вернулся, но сердце болезненно сжалось в груди.

Я вечно отстранялась, вечно оплакивала утраченные мгновения и ту близость, которой у меня никогда не могло быть.

— Мне не нужна твоя защита, Хар. Я сама себе оружие, — печально промолвила я. — Мне просто нужно, чтобы ты был на моей стороне. Чтобы у меня было место, где я смогла бы перевести дух. Как и всегда.

— А убийца Зевса всё еще бродит там, наверху, — выдавил он.

— Я знаю.

Он обреченно вздохнул.

— Просто обещай мне, что будешь осторожна.

— Обещаю, что постараюсь, — ответила я, хотя мы оба знали, что всё зависит от прихотей судьбы, какие бы обещания мы ни давали.

Он наклонился и запечатлел призрачный поцелуй на моей макушке — безмолвная мольба, вплетенная в едва ощутимое касание. Не говоря больше ни слова, Харон вышел из комнаты, оставив груз своей тревоги на моих плечах.

* * *

Гермес дал нам неделю на подготовку к первому испытанию. Одна неделя на то, чтобы зубрить, тренироваться и заводить знакомства с врагами. Каждому из нас выпала уникальная возможность изучить соперников вблизи: выведать их слабости, чтобы потом ими воспользоваться, и продемонстрировать собственные сильные стороны, напоминая всем вокруг, почему не стоит с нами связываться.

Что до меня, то это означало лишь одно: никто не желал приближаться ко мне ближе чем на семь метров. Все знали, чья я дочь. Слухи о проявлении моего дара разлетелись еще много лет назад — о том, как сила вырвалась из меня, оставляя за собой вполне реальные трупы.

Я была опасна. И они об этом знали. Что ж, по крайней мере, мне не приходилось тратить время на неловкую светскую болтовню.