Книга Корона Олимпа, страница 58 – Кейт Ашер

С удивлением я поняла, что мое прикосновение не причиняет ей вреда. Это из-за связи? Или у неё непробиваемая чешуя? А может, из меня просто выкачали всю силу?

Очередная вспышка огненной боли поглотила меня, и все мысли исчезли, сожранные агонией.

Я смутно осознавала, как Харон подхватил меня на руки. Я прижалась к нему, черпая утешение везде, где могла, пока он нес меня в другую часть дворца.

— Не касайся моей кожи, — пробормотала я.

— Я знаю, — мягко ответил он.

— Больно, Хар… — я всхлипнула, уткнувшись ему в грудь.

— Знаю, Нисс. Знаю. Но я всё исправлю.

В его голосе не было и тени сомнения.

«Твоя жизнь тщетна. Твой конец будет таким же эффектным, как и мой», — прошептала тень мне на ухо.

Мир начал ускользать. Остались только боль, жар и поражение.

Я пыталась продраться сквозь туман, застилающий разум, но веки отказывались подниматься, а слух превратился в глухое эхо. Неразборчивые звуки просачивались внутрь, приглушенные и сдавленные, словно я была под водой. Я ничего не могла понять.

Каждый вдох давался с трудом, будто я продиралась сквозь смолу. Всё стало тяжелым. Конечности, ресницы, мысли. Всё это отчаянно тянуло меня на дно. Назад, в уютную и привычную тьму. Желанию сдаться было почти невозможно противостоять.

Сквозь эту вязкую муть пробилось тихое шипение: ровное, текучее, почти гипнотическое. Я смутно поняла, что это шумит вода в кране. Мягкий пар коснулся лица. Присутствие Харона изменилось, он осторожно опустил меня вниз. Теплая вода ласкала каждый дюйм кожи, поднимаясь к ноющим ключицам.

Шипение прекратилось.

— Всё будет хорошо, Нисса, — решительно произнес он. — Других вариантов я не допущу.

Я почувствовала, что он отстраняется, и тихо заскулила от внезапной потери тепла.

— Я сейчас вернусь. Оставляю тебя в ванне с этим драконом. Буквально на пару минут, хорошо?

Его голос звучал ободряюще, хотя в нем и сквозила меланхолия.

Я едва заметно кивнула. И он ушел.

Волны боли всё еще перекатывались через мое тело, но теплая вода немного смягчила их ярость. В какой-то момент мне удалось разомкнуть веки. Симфония красок закружилась в вихре. Я моргала снова и снова, пытаясь разогнать этот калейдоскоп в глазах, но видела лишь оттенки фиолетового и золотого.

Дракон.

Это слово гулким эхом отозвалось в затуманенном мозгу.

Яркие золотистые глаза пристально смотрели на меня, не мигая — будто я могла исчезнуть, стоит ей отвернуться хоть на секунду. Она балансировала на краю ванны, неподвижная, как статуя, и старалась быть как можно ближе ко мне, разве что на голову не садилась.

Её горячее дыхание мерно касалось моей щеки, пахло дымом и поджаренным зефиром. Она издала гортанный звук, нечто среднее между стоном и мурлыканьем, а затем наклонилась еще ближе, пока её мордочка не уткнулась мне в нос.

Дверь ванной скрипнула, впуская поток холодного воздуха. Я услышала Харона прежде, чем увидела его, шаги поспешно застучали по плитке. Я повернулась, встречая его тревожный взгляд.

Передо мной стояла версия Харона, которую я никогда не знала. Исчезла легкая улыбка и привычная ямочка на щеке; остался лишь человек, опустошенный тревогой и страхом.

— Хорошо, ты еще в сознании.

Он глубоко вздохнул, собираясь с духом перед тем, что должен был сказать. Я не была уверена, что выдержу еще одну плохую новость.