Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 67 – Кристина Юраш

“Как все сложно!” — простонало что-то внутри.

В этот момент я почувствовала, как меня взяли за руку.

— Что ты делаешь? — спросила я, видя, как моя рука замирает в его руке.

— Утешаю тебя. Не переживай, — заметил он с усмешкой. — Все будет хорошо.

— Ты сейчас говоришь искренне? — спросила я, глядя на свою руку в его руке.

— Нет, — произнес он, а уголок его губ дрогнул, словно в усмешке. — Я всего лишь делаю то, что обычно делают люди. У меня есть инструкция.

— Мне не нужно утешение по инструкции, — ответила я, вытаскивая свою руку из его руки. На мгновенье он удержал ее, не давая мне вернуть руку обратно на одеяло. — С меня хватит этой фальши.

— Я по-другому не умею, — произнес он. А я вздохнула. Помнится, на лекциях я сидела и смотрела на портрет Императора, висевшего на почетном месте. А теперь на меня смотрит его сын.

— А ты попробуй делать то, что ты действительно хочешь делать, — заметила я. Зачем? Зачем я заполняю эту тишину словами? Зачем я вообще разговариваю? Не проще было бы просто лежать и дальше смотреть в потолок. — Тебе, как сыну Императора, можно все. Даже если ты будешь жрать придворных на завтрак, обед и ужин, то многие даже почтут за честь отдать тебе своих родственников. Лишь бы им за это титулы и регалии перепадали. Наверное, ты просто не понимаешь, что Император — это единственный в Империи, кто имеет право вести себя так, как ему хочется. Так что ты попробуй.

— Ты точно этого хочешь? — в голосе прозвучала тень насмешки. — Чтобы я тебя утешил так, как считаю нужным? Боюсь, тебе это может очень не понравиться.

Внутри звенела пустота. Та самая, выжженная дотла, где раньше жили надежды, любовь и вера в Эверта. Теперь там был только пепел. И мне было все равно. Пусть рушится мир, пусть Совет лжет, пусть этот принц-дракон считает себя богом — эта апатия была моим щитом. Моим единственным способом не сойти с ума.

Элифер стоял рядом. Без маски.

Его лицо, бледное и резко очерченное в полумраке комнаты, казалось далеким. Красивым, да. Пугающе, неземной красотой хищника, застывшего в момент охоты. Но сейчас в этих темных глазах с вертикальными зрачками не было ни насмешки, ни голода. Только холодное, пристальное внимание. Он смотрел на меня так, словно пытался прочитать то, что я тщательно прятала даже от самой себя.

Внезапно его рука метнулась вперед.

Не грубо, но стремительно. Его пальцы, длинные и сильные, накрыли мой карман мантии, туда, где тяжелым комком лежал медальон.

— Сюда эту вещицу! — приказал он.

Голос прозвучал тихо, но в нем было столько стали, что воздух вокруг, казалось, завибрировал. Это был не вопрос. Это был ультиматум.

Я моргнула, медленно возвращаясь из своего внутреннего вакуума в реальность.

— Какую? — прошептала я. Голос вышел сухим, чужим, словно принадлежал не мне.

— Ту самую, что ты нашла в зале, — в его тоне звенел лед. Он не отвел взгляда. Его глаза, эти проклятые драконьи глаза, буравили меня насквозь. — Не заставляй меня повторять, Катиша. Она у тебя в кармане.

— Зачем? — выдохнула я, и в этом вопросе не было вызова. Только глухая, тупая усталость. Зачем ему этот кусок металла? Чтобы посмеяться над моей слепотой? Чтобы растоптать последние остатки моего достоинства?

— Давай сюда!

С таким голосом не спорят. С таким взглядом не торгуются. Инстинкт самосохранения, дремавший где-то глубоко под слоем шока, дернул меня за ниточки. Рука сама потянулась к карману.