Книга Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло, страница 15 – Кира Лин

Боль прошлой ночи обозначилась морщинками у него на переносице. Как бы Бен ни старался выглядеть отстранённо, они его выдавали.

Ещё минуту назад я злилась на него, а сейчас, остыв, корила себя за эмоциональность. Ругала за то, что оттолкнула и выплеснула на него свой страх. И в порыве упустила из внимания главный момент — наш первый настоящий поцелуй.

И на этот раз магия была не причём. Бен не совладал со своими чувствами или желание утешить меня оказалось настолько сильным? Нет, он перестал сопротивляться, отбросил все сомнения и предрассудки, уступил искушению.

И, действительно, это был не просто поцелуй — он многое значил для нас обоих.

Он был чудесным, искренним, снёс последние преграды. Вот только я…. Повела себя, как дура. Том спугнул меня и всё испортил. Или поспособствовал.

Вспомнив вкус его губ, я вспыхнула и спрятала лицо в ладонях. Сердце затрепетало пойманной бабочкой, забилось так горячо, что сорвалось дыхание. Свело мышцы живота, и сладко закружилась голова.

Ничего прекраснее в жизни я не испытывала, что-то открылось во мне, какая-то новая грань. Я провела кончиками пальцев по губам. Они помнили нежные, осторожные прикосновения. Догадываюсь, чего Бену они стоили.

Зажмурившись, я отвернулась к окну, кутаясь в ворот пальто. Стыдно — мне стало безумно стыдно! Как я могла так повести себя с ним?

Карета ровно катила по дороге, а я не находила себе места. Хотелось провалиться сквозь сиденье, в салоне вдруг оказалось невыносимо тесно. Я подумала подползти к Бену и прижаться к груди, поцеловать его, потереться кончиком носа о щёку.

Руки изголодались по его телу. Меня разрывало на мелкие кусочки, и было больно дышать. Как я раньше жила без него? Все годы до встречи с Беном, меркли, истирались, как старая фотоплёнка, и казались далёким забытым сном.

Я сама была другой, он изменил меня, перевернул мировоззрение, открыл во мне каналы, о существовании которых я не подозревала.

Возможно, всё началось с магии, она виной всему, но я была ей благодарна. И не хотела потерять то, что теперь имела.

Эта мысль придала решимости. Я повернула голову и посмотрела на Бена. Он мерно постукивал костяшками пальцев по деревянной дверной ручке и будто не замечал меня. Страх уколол в самое сердце.

Что, если он оттолкнёт меня?

Воздух вокруг потрескивал от напряжения. Я прерывисто выдохнула, собираясь придвинуться к Бену, но в этот момент карета заехала на стоянку Академии. Внутри всё сжалось, меня охватило отчаяние.

Если ничего не предпринять сейчас, то потом может оказаться поздно.

Вероятно, стоило извиниться перед Беном, но слова застряли в горле комом. Фамильяр припарковался и заглушил двигатели. Бен открыл дверь и вышел из кареты, даже не обернувшись. В груди что-то оборвалось, снова глаза наполнялись слезами.

Я отвергла его, потому что видела в нём его брата. Том что-то порушил в моём сознании, навёл такой кавардак, что я сама мало что соображала. Сложносочиненный, витиеватый, попахивающий маразмом бред.

Они совсем не похожи — два таких разных Шермана. Бен никогда не превратится в брата, тогда что меня так страшит?

Во сне Том касался меня руками Бена, трогал там, где до сих пор кожа горела. Я боялась вернуться в этот кошмар. Боялась снова пройти через это и утратить рассудок, потерять себя.