Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 26 – Кира Лин

Быть может, она знала больше, чем говорила, чему я, впрочем, совершенно не удивлена. Но хотела сделать меня своей преемницей, а Ровер был категорически против.

Преемницей?!

Об этом ни разу речи не шло! Кулон достался мне после её смерти — свалился, как снег на голову. Я по сей день не до конца разобралась, как с ним обращаться.

Что же не устраивало Ровера? Моя дремлющая тёмная суть? Но стоп! Он же помог мне справиться со Злом в Хайенвилле и является в видениях!? Почему? Что-то здесь не вяжется....

Я обошла стол, стараясь не смотреть на пол, где память рисовала бездыханное тело Моники. Потрогав по привычке чайник и убедившись, что он наполнен водой, включила его. Открывая створки верхней полки, я размышляла о том, что с каждым видением Линетт становилась слабее, уязвимее, словно что-то высасывало из неё силы. Кулон ли это?

Пошарив рукой, я не нашла своей чашки и направилась к раковине. Свет из окна окрашивал кухню в холодный синий цвет, серебрил стёкла на полках. Бледная полоса лунного сияния задевала край стола и раковины, в которой стояло несколько немытых чашек.

Ополаскивая свою, я перебирала в памяти детали сна, тасовала их, как карты и сопоставляла с предыдущими видениями. Да, наставница осунулась, похудела, аквамариновые глаза поблёкли, но в худосочном теле свернулась клубком тьма, точно змея.

Неосознанно разглядывая лепнину в виде нежно-розовых роз на чашке, я вдруг подумала — а в каком обличии тьма представала перед Линетт? Змея ли? Или нечто иное? Было бы любопытно узнать, но у кого?

Вздохнув, я сполоснула кружку от остатков утреннего кофе и принялась отмывать остальные. Но едва притронулась к переливающейся чашке Мишель, как сердце тревожно ёкнуло. Что-то не то....

Я посмотрела на дно, посчитав, что осадок не слишком похож на кофейный — тёмно-зелёный, с примесью коричневого. Осторожно понюхала — что-то травяное, с нотками масел и чего-то ещё едкого, бьющегося в нос, как… гарь.

Что за ерунда?!

Я отставила кружку Мишель, силясь сглотнуть кисло-сладкий ком, застрявший в горле. Чашка Джоша точно так же пахла, и на её стенках остались зелёные потёки. С кружкой Бена — та же история.

Я выставила посуду на стол, забыв про закипающий чайник, и обняла себя руками. Зачем я помыла свою чашку?! Поторопилась...

Схватив её, я подошла к окну и пристально рассмотрела под всеми возможными углами. Чисто. Что же такое творится?

В зельях я не разбиралась, но чутье подсказывало, что это совсем не сироп и точно не кофе. Ничего безобидного не внушал и запах. Зелье забвения? Вот только... Вот только на рагмарров не действовали зелья и чары, лишь чёрная магия. А кто у нас ею баловался?

В воздухе повеяло приятной сладкой свежестью, и кожу обдало теплом. По позвоночнику пробежала дрожь — я уже разворачивалась, когда ощутила движение.

В кромешной тьме у лестницы, куда не проникал лунный свет, стоял Бен. Сердце ухнуло в пятки вместе с раненной душой. Нет, Эшли, не думай об этом! Он не причём, это всё страхи и натянутые нервы….

— Ты напугал меня, — дрожащим голосом сказала я.

— Ты что-то ищешь, и я застал тебя врасплох? — пустым голосом спросил он, но не спешил выходить из тени.

— Нет, с чего ты взял? — возмутилась я, растирая плечи ладонями.

— Тогда почему не включаешь свет? — говорил Бен спокойно, почти безразлично, но голос его никак не гармонировал с пристальностью взгляда.