Книга Еще одна глупая история любви, страница 114 – Кэтлин Дойл

— Тебя ждут чиз-курды, летняя кукуруза и ныряние в прохладную воду озера в жаркие дни. Ты попадешь в рай.

Я улыбаюсь ему. Это на самом деле кажется прекрасным.

— Мне хочется посмотреть, где ты живешь.

— Что ты делаешь в следующие выходные?

— К сожалению, работаю.

У меня на понедельник назначена встреча с отцом и его продюсерами, и я не хочу прийти на нее сонной из-за разницы во времени.

— Отмени все, – решительно говорит Сет.

— Вот какой тигр! – смеюсь я. – Вообще-то у меня работа. Я не могу просто взять и отправиться шляться по прибрежной полосе Америки, не спланировав это заранее.

— Это значит да?

— Давай посмотрим на наши графики и выберем дату. – Я делаю паузу. – Странно, что я никогда не видела тебя там, где ты живешь. В твоем личном пространстве. Я никогда не была у тебя в квартире.

— А я страсть как хочу попасть в твой дом. Готов поспорить: это такая милая девичья светелка.

Мой дом на самом деле милый и чисто женский.

— А я готова поспорить, что у тебя полно салфеточек, кошек и деревянных табличек, на которых написано что-то типа: «Сейчас там-то и там-то пьют вино».

— Ага. И трупов, – подсказывает он.

— Это можно было и не упоминать.

Сет просит принести счет, а я встаю, чтобы сходить в дамскую комнату.

Я смотрю на свое отражение в зеркале.

Обычно я критически воспринимаю себя, но в эту минуту я думаю, что выгляжу отлично. Может, все дело в освещении, или мне идет цвет платья, или все дело в том, что при такой влажности у меня начинают виться волосы.

Или, может, я вижу себя глазами Сета.

Я думаю, не освежить ли мне помаду, потом решаю, что это бессмысленно. Я хочу этими губами целовать Сета и не уверена, как на нем будет смотреться «Нарс-Джангл-Ред».

— Готова? – спрашивает он, когда я возвращаюсь к нашему столику.

— Да. Куда теперь?

— Это сюрприз.

Он берет меня за руку, и мы идем на автостоянку. Мы добираемся до машины его мамы. Там я прижимаю его к дверце и целую.

Последние капли беспокойства, которое одолевало меня, тают, когда Сет обнимает меня обеими руками.

«Хочу тебя, – думает мое тело. – Хочу тебя!»

— Мама! Посмотри! Они целуются! – кричит маленький мальчик.

— Врежь этому ребенку по яйцам, – шепчу я Сету.

Он смеется мне в волосы и притягивает меня поближе к себе.

Мы целуемся, вероятно, минут пять, пока оба не покрываемся потом, а наша кожа не становится липкой от жары.

Я отступаю назад и вытираю рот тыльной стороной ладони.

— Поехали в гостиницу, – предлагаю я.

Сет качает головой.

— Нет. У меня для нас распланирован весь день.

И так и есть. Наша следующая остановка – это океанариум, в который мы ходили на нашем втором свидании. Мы бродим по погруженным во тьму помещениям, мимо неторопливо плывущих медуз, которые выглядят как существа из другого мира, аквариумов с огромными стаями рыб-ангелов, рыб-бабочек и монстров, которые кажутся доисторическими существами и называются рыба-еж. Это одновременно и захватывающее, и пугающее зрелище, от которого мурашки бегут по коже, хотя так выглядят все океанариумы.

Мы заходим в зал с гигантской морской черепахой, качающейся на воде в огромном открытом бассейне, а затем идем в зал, который называется «акульим», я тяну Сета за руку, чтобы побыстрее его миновать. Я не люблю акул. Оттуда мы выходим к двум самым знаменитым обитателям океанариума: гигантским ламантинам.