Книга Научи меня плохому, страница 100 – Анель Ромазова

У меня реакция и инерция без замедлений срабатывает. Беру разгон и ныряю вслед за ней, пока до посинения не нахлебалась.

Внутри гудит. Сердце шалеет, принимаясь по всему телу, как бешенный бесперебойник шататься. Неадекватно по всем нормам отзывается. Пробивая собой водные слои, с запечатанным ртом, нехарактерно тревогу взращиваю.

В груди сжимает, будто в батискафе откачали кислород. Преодолев жалкие сантиметры, кажется, что двигаюсь замедленно. Почти вслепую хватаю тонущую девчонку и происходит не как в фильмах.

Все натурально и трешово.

Не глядя поднимаю над собой и не задумываюсь о тактичности, держа за задницу, сцепив обручем сиськи, которые с какого-то перепуга оказываются неожиданно обнажёнными. Соски, стянувшие в твёрдые горошины прохладной водой, обкалывают ладонь.

Немного не до детального расклада ощущений, пока пытаюсь разобраться, с чего она отбивается. Отплёвывается, наглотавшись воды, или дышать ей нечем. Паническая атака, само собой разумеется, её вдоль всего тела судорогами вяжет.

Вместо того чтобы за меня зацепиться, дерётся и отталкивает. Нахожу ногами опору. Встаю. Уровень воды мне по плечи.

Блядь! Твою сраную мать!

Василиса моя!

Ромашка бьётся в припадке. Лупит меня по лицу, не открывая глаз.

— Не трогайте меня, мужчина! Не лапайте, — вскрикивает, распахивает глазки. Проморгавшись, впивается взглядом в никуда и замокает.

— Это я маленькая… Всё… ч-ш-ш. В порядке всё, — на секунду расслабляюсь, обнимая её для удобства под лопатки. Вода ни в горло, ни в лёгкие ей не попала. Откачивать не придётся. В целом подвижность вселяет ободрение. Не сломано ничего… вроде…

Хотя она в таком аффекте, что может просто не чувствовать боли или…

Блядь…

Вася, судорожно продышавшись, падает в обморок. Отключается, повиснув на мне бездыханной тряпочкой.

Чем она блядь думала?

Кроме этого вопроса, нихера чёткого в моей голове не складывается. По скорости спасения я, только что, взял призовое золото. Перекладываю медаль, весом не более пятидесяти килограмм, грудью к своей груди, чтобы ненароком не похвастаться, что к узкой талии Ромашки прилагается ахуенная форма и объём, повод для зависти многих. Даже если б Вася весила под сотню, я не чувствую тяжести. Постепенно выдыхая нагрузку.

Сотрясение возможно. Что ещё? Что, блд, ещё???!!!!

И новым витком.

Чем она, твою мать, думала, карабкаясь на горку, а после, с неё сиганув, явно же без тормозов.

Неужели из-за меня?

Вот об этом не думаю, иначе поплохеет.

По крутым ступенькам выношу нас обоих из бассейна. В прямом смысле бог морей и притоков, достал русалку, потерявшую внезапно хвост. Рыцарство не для меня, но я им занимаюсь. Данный факт приходится мне по вкусу. Исключительно на Ромашке завязан. Больше ни с кем меня на подвиги и покорение себя не тянет.

Прижимая обмякшее тельце Василисы, чувствую себя бессознательным. На зрение туман стелется, а пальцами щупаю, в надежде уловить мало-мальский рефлекс. Скопом проносятся предположения, какие травмы Ромашка получила, слетев без подготовки с этой дрянной горки. На неё ведь отбитые экстремальщики перекрестившись, лезут.

Нежнее и ранимее Васи я не видел. Не встречал. Пиздец, конечно, разгоняюсь. Так и головой тронуться можно или ласты откинуть. Но, увы, меня шарашит искрами по хребту. По спирали выжимает, скручивая кость и нервные придатки к ней.