Книга Как они её делили, страница 115 – Диана Рымарь

А ведь совсем недавно, когда нам так нужна была помощь, никто из соседей даже в окно не выглядывал!

— Что случилось? — спрашивает пожилая тетка в цветастом халате.

— Бандиты напали, — отвечает кто-то из толпы. — На молодую пару.

— Ой-ой-ой, — качает головой соседка снизу. — А я думаю, что за шум такой…

Меня осторожно поднимают на руки. Такие знакомые, сильные руки, родное лицо, и все же что-то в нем не то… Не Артур.

— Арам… — тихо стону я, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Сейчас все будет хорошо, Настюш, — обещает он, и голос у него удивительно мягкий, успокаивающий. — Артура осматривает врач скорой помощи. Ему помогут.

Но я не могу успокоиться. Вырываюсь из его рук, пытаюсь вернуться к мужу.

— Артур! — кричу я, борясь с Арамом. — Мне надо к Артуру! Отпусти!

— Настя, не надо. — Арам крепко держит меня за плечи. — Дай врачам работать. Ты только помешаешь.

— Он истекает кровью! — всхлипываю я. — Я должна быть рядом!

— Рана неглубокая, — говорит Арам твердо. — Я видел. Скользнуло по ребрам, ничего жизненно важного не задело.

Арам бережно ведет меня к подъезду, придерживая под локоть.

Поднимается со мной до нашего этажа, открывает дверь квартиры оброненными мной ключами.

Потом помогает мне снять куртку, расстегивает сапоги.

— Ложись на диван, — мягко говорит он, накрывая меня пледом. — Тебе нужно отдохнуть. Без тебя все решат, там ведь родители.

А я дышать нормально не могу из-за тревоги за мужа. В груди все сжимается, будто кто-то обмотал ребра колючей проволокой.

За последние месяцы Артур стал мне невероятно близким, родным. Самым дорогим человеком на свете. А впрочем, давно им был, как бы сильно я ни пыталась подавить в себе это чувство раньше.

— Пожалуйста, просто лежи, — повторяет Арам. — Артур скоро придет. Обещаю.

После этого он уходит.

А я остаюсь в квартире одна.

Кутаясь в мягкий плед. Стучу зубами — то ли от холода, то ли от нервов. Инстинктивно ощупываю живот, проверяя, все ли в порядке с малышами.

Как ни странно, с животом все нормально — даже не тянет, и никакой боли нет. По крайней мере, физической. Видимо, природа позаботилась о том, чтобы защитить будущих детей от материнских переживаний.

А морально… я просто выжата как лимон. Во мне не осталось ничего, кроме дикого, животного страха за мужа. Такого страха, какого я никогда раньше не испытывала.

Не знаю, сколько я так сижу, — время будто замерло, растянулось в бесконечность. Каждая минута тянется, как час.

Когда ожидание становится попросту невыносимым, я наконец слышу в коридоре шаги.

Квартира наполняется людьми, голосами, звуками жизни.

Слышу уверенный бас свекра:

— А я говорил, надо его в больницу везти. На всякий случай. Мало ли что…

— Все нормально, пап, — это голос Артура, живой, родной голос. — Зашили же, повязку наложили, антибиотик укололи. Я в полном порядке. К Насте хочу…

— Ох уж эта ваша Настя, — ворчит свекор, но как-то беззлобно, чисто по-отечески. — Из-за нее вечно переживаем.

В квартиру входят еще какие-то люди — слышу незнакомые голоса, шарканье ног, шуршание пакетов.

Но я уже ничего толком не вижу, не слышу — подскакиваю с дивана и спешу навстречу мужу.

Мы встречаемся в дверном проеме гостиной. Останавливаемся в шаге друг от друга, просто смотрим, словно не верим, что все кончилось, что мы живы и здоровы.