Книга Клеймо бандита, страница 44 – Любовь Попова

Я же пытаюсь понять, почему я веду себя, как неадекват. Я всегда гордился своей выдержкой. Собственно на этом все мое дело построено.

Никаких эмоций. Никаких страхов. Никакой любви.

Я делал все, чтобы не быть слабым.

А что делаю теперь? Что я блять делаю?! — неосознанно бью по рулю... Да так, что срабатывает клаксон и Соня верещит от страха.

— Может тебе успокоительного?

— А может тебе заткнуться? — рявкаю я.

Пытаюсь понять, как сделать так, чтобы Соня сама захотела со мной трахнуться, чтобы не пришлось снова запихивать ей член насильно.

Сука! — торможу резко, чтобы не врезаться.

Смотрю вправо, Соня вся сжалась. Испугалась. Даже меня она никогда так не пугалась.

— В аварии была?

Она кивнув, к окну отворачивается. А мне хочется спросить, когда, почему, кто виноват.

Но усилием воли закрываю рот, потому что ничего не хочу знать о ней. Довольно и того, что я откуда-то знаю, что она любит апельсиновый сок.

Это все затянулось. Это блядь пора заканчивать, пока кто — то об этом не смекнул и не начал использовать против меня. Разрушая то, что я так методично строил...

Домой ее нести не приходится. Идет сама, вполне себе бодро. Даже и не скажешь, что наклюкалась. А может, притворялась?

В лифт заходит первая и к стенке прислоняется, а я прямо смотрю. Вроде на себя в зеркало, но взгляд то и дело скользит по ее простой одежде, бледной коже. К голубым глазам в пол-лица в обрамлении чернеющих ресниц, которым никакие ухищрения не нужны.

Понять бы, что именно меня так зацепило. С одной стороны ничего особенного, сотни таких. Приручить и забыть. А с другой стороны разве таких забывают. Таких, в глазах которых даже в плену горит непокорный огонь, а поведение такое, что каждым своим словом она одолжение делает. Даже когда костерит по чем свет стоит. Бабка у меня про таких говорила — колдуньи. Сожги их на костре, а они все равно смеяться будут тебе в лицо и сниться долгими ночами.

— Душ мне дашь принять. Или сразу в койку?

Идём в квартиру. Почти как нормальные. Даже смешно.

— Иди прими, — дверь открываю. — Я пару звонков сделаю. А то натворила ты дел.

— Я натворила. Это ты меня в ресторан потащил, хотя могли у тети Гали поесть, — бурчит она и уходит в сторону ванной, еле ковыляя. Бесит. Особенно тем, когда права.

— Вадим, — звоню начальнику своей охраны. Сегодня он из больницы должен выписаться. Подстрелили на последней стычке. — Ты как?

— Спасибо, что звоните, Шеф. Все огонь. Главное все органы на месте. — знаю я, какие органы его интересуют.

— Помнишь Дамира?

— Повара то? Вам, кстати, не говорили, он девок любит придушить, — не говорили и кожа при этой мысли холодеет. Оборачиваюсь. Странно. Звука воды больше не слышно.

— Тогда я думаю пора отправить его в черный список.

— Насовсем, — энтузиазма ему не занимать. Хрен знает, почему ему так нравится заниматься чисткой. Я бы на такое точно не подписался.

— Все будет сделано в лучшем виде. Как насчет случайной аварии?

— Да, я где — то слышал, что авто-самый опасный вид транспорта. Работай.

— На связи, — отключаю трубу, кидаю на тумбу в прихожей и куртку скидываю. Всех не убьешь, наверняка инфа уже потекла сквозь пальцы, но будут бояться болтать. Это уже неплохо.

— Соня! — выпить надо и потрахаться. Сейчас особенно. Словно застолбить эту сучку, которая со мной играть вздумала. — Соня!