Книга Сын бандита. Ломая запреты, страница 15 – Лина Мак

— Ты просто ходячая катастрофа, — слышу недовольный голос над головой и поднимаю взгляд.

— Пусти, — произношу севшим голосом, но не дёргаюсь.

— У меня другой план, — усмехается Давид и дергает меня к себе ближе, обхватывая талию рукой.

— Чернобор, ты переходишь границы, — задыхаюсь я от его близости.

И все те болезненные эмоции, которые я испытывала ещё несколько минут назад, просто испаряются, заставляя мое сердце ускориться от его присутствия. Запрещаю себе думать о том, что мне нравится, как пахнет Давид, но мозг уже отмечает эти детали, быстро пряча их в укромные уголки сознания.

— Это не я тебе глаза из перцового баллончика обработал, — скалится Чернобор. — Так что поступим так: ты слушаешься меня, а я сделаю так, чтобы ни одна змеючка больше не тронула тебя.

И столько высокомерия и уверенности в его голосе, что меня это выводит из себя.

— А тебя кто-то просил о помощи? Или я нуждаюсь в защитнике? — засыпаю его вопросами и понимаю, что все, кто выходит сейчас из общежития и спешит на пары, задерживаются, обжигая нас взглядами. — Мне не нужны проблемы. Ты мне создаешь их своим присутствием. Я не общаюсь с такими парнями!

Последнее добавляю уже шипя, пытаясь оттолкнуть от себя Чернобора, но он будто не слышит моих слов.

— А такие, это какие? — задаёт он неожиданный вопрос сильнее вгоняя пальцы в мой бок.

— Наглые, циничные, жестокие засранцы! — отвечаю я не задумываясь. — Отпусти, ты делаешь мне больно, — последнее добавляю, вгоняя ногти в руку Давида.

Он так резко отпускает меня, что я чуть ли не падаю, но не отходит. Только голову склоняет так, чтобы наши глаза были на уровне.

— А ты у нас хорошая девочка, да, Лия? — спрашивает с рычащими нотками Давид, а я вижу, как его глаза темнеют, и непонятно, от чего: от злости или желания.

И то и другое плохой исход для меня.

2 недели спустя…

Можно ли превратиться в параноика? Да без проблем, особенно когда постоянно видеть опасность в каждом.

Но самое странное, что за последние две недели меня никто не трогал. Даже те девки, которые так рьяно пытались доказать мне, что здесь никто, а они всё, обходят стороной. Может, баллончик настолько хорошо подействовал, что они теперь боятся? Хотя я сомневаюсь. Такие люди не умеют прощать. Они могут сделать удар в спину в любой момент.

Мама тоже больше никак о себе не напомнила. Ни единого звонка или сообщения. И это странно. Вся ситуация только сильнее выводит меня из себя.

Может мне записаться на курсы самообороны? Так смогу хотя защитить себя.

— Лий, ты идёшь? — в комнату вбегает Ксюша и снова закатывает глаза. — Слушай, тебе не идут вот эти бесформенные блузки и брюки на три размера больше, — говорит она в очередной раз.

— Мне нравится, — отвечаю спокойно подруге.

— Лия, если ты думаешь, что таким способом ты сможешь перестать привлекать к себе внимание, то ошибаешься, — говорит Ксюша, забираясь на свою кровать с ногами. — Ты привлекаешь внимание не тем, что у тебя другая внешность. Ты просто не такая, как они.

Бросаю непонимающий взгляд на Ксюшу.

— Я обычная, — отвечаю ей и собираю волосы в высокий хвост, чтобы завязать его в пучок. — Такая же, как и все.

— Это ты так думаешь, — улыбается Ксюша. — Они так не считают. И то, что сейчас не поджидают тебя в сквере, только доказывает, что всё меняется.