Книга Любить зверя, страница 80 – Таня Володина

Зато рядом со мной был его брат. Он дарил ощущение тепла, защиты и чистого, мягкого, контролируемого сексуального влечения. Не безумство страсти, а комфортное взаимное притяжение. Я поняла, почему Элл сказал: «Ты будешь спать с Ваней, потому что он твой брат, и вы связаны зовом крови». При этом никто из нас не сомневался, что я принадлежала Эллу, — душой и телом, всецело и навсегда. Возможно, наши предки практиковали такие отношения в семейных группах в течение сотен тысяч лет. Возможно, это прописано в нашем генетическом коде. Возможно, благодаря этому нам удалось выжить в суровых условиях ледникового периода.

Братья, делящие одну территорию. Женщины из родственных кланов, выбравшие этих братьев в мужья. И не факт, что количество женщин совпадало с количеством мужчин, учитывая высокую женскую смертность. Вряд ли кто-то устраивал сцены ревности, застав жену с родным братом. А дети считались общими и заботились о них сообща.

«Ревность бессмысленна, понятия измены для нас не существует».

Моногамия — для оседлых земледельцев, которым принципиально передать наследство кровному сыну. Для охотников и собирателей вопрос наследства не актуален. У них есть только лес и реки, звери и рыбы, ягоды и грибы, свобода, близкие люди и любовь.

Я прошлепала босиком в сауну и включила камин. Через двадцать минут она раскалится до ста градусов, и я смою с себя частички леса. Вернусь в современный мир обновлённой и готовой для всего, что мне предстоит.

Заглянула в гостевую комнату. Парни разбирали вещи. Ваня устроился на кровати, а Глеб на раскладном диване. Изначально комната предназначалась для бабушки, но та отказалась переезжать. Ей нравилось жить в своём домике.

— У вас всё хорошо?

— Да, спасибо, Ульяна.

— Глеб, спроси, пожалуйста, Ивана, пойдёт ли он со мной в сауну?

— С удовольствием, — ретранслировал Глеб.

— Тогда я его позову, когда она нагреется.

Марк методично убирался в гостиной. Увидев меня, отложил тряпку и загородил проход:

— Ульяна, я понимаю, что ты на меня сердишься, но нам надо поговорить.

— Мы обо всём договорились ещё на прошлой неделе. Ты подал на развод?

Он сцепил зубы. Выдохнул.

— Нет. Я не хочу разводиться.

— А почему ты передумал? Ничего же не изменилось.

На самом деле изменилось всё, но сейчас я не хотела сообщать Марку о беременности. Во-первых, даже тест бы её не определил, а, во-вторых, хватало во-первых. Рано или поздно придётся сказать правду, но это случится не сегодня.

— Послушай, я был неправ тогда… Очень сильно неправ. Я готов на всё, чтобы искупить свою вину.

— Не на всё, — буркнула я.

Как строить отношения с отцом своего ребёнка, если вы на грани развода? Может, скрыть от него беременность? Или сказать, что отец — кто-то другой? В конце концов мы пять лет пытались завести ребёнка, и у нас ничего не получалось.

— На всё, Ульяна.

По его лицу я поняла, что он не лукавит. Такого отчаяния я никогда не видела.

— Марк, эти три дня я… — я остановилась, пожалев мужа.

Пусть он почти бывший, но всё ещё близкий мне человек.

— Ты была у него, да? — понял Марк.

Я кивнула.

— Он живёт в лесу?

— У него там домик. Честно говоря, я думала, что провела в лесу всего одну ночь. Я не знала, что прошло три дня. Это вышло случайно, я не хотела никого тревожить. Мне жаль, что тебе пришлось приехать в Мухобор и организовать поиски. Представляю, как ты волновался. За это я прошу прощения.