Книга Лучший крутой детектив, страница 241 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Сергей Кротов, оперуполномоченный областного убойного отдела, — ни к кому не обращаясь, Волков принялся вчитываться в принесенные бумаги.

Сомову наконец удалось взять себя в руки:

— Я задержан? Арестован? Или могу ехать за братом? Эти посиделки меня не устраивают, — если начало тирады вышло несколько вызывающим, то ее конец походил на прелюдию к возмущенному праведному скандалу.

— Гена. — Волков едва повысил голос, — тело Кости в Смоленскую область отвезут его бывшие коллеги. Это теперь не твоя забота.

Тем временем он закончил чтение и одобрительно кивнул Сергею:

— Немного помогли следствию областной прокуратуры. Хорошо, что Шорохова не успела арестовать Леру Хромову. Был бы у нее негативный показатель.

— А меня так эти пустяки меньше всего волнуют, — затушил сигарету после пары затяжек Кротов, — ты, вот, ответь мне Волков, за что молодого здорового парня порешили? За паршивый хренов дом?

— Выходит, так.

— Вы о чем вообще говорите? — спросил Гена.

— Повезло тебе, Гена, что у следствия сразу подозреваемая нашлась и такая очевидная. Другие версии проверялись весьма пассивно. Евгения Федоровна так тепло к тебе отнеслась, она будет неприятно удивлена, узнав, что ты врал ей в лицо, а к брату приехал еще три недели назад, — Волков протянул Гене копию документа, — ответ на запрос из РЖД.

На документ Гена не взглянул.

— Он сам меня пригласил, сказал, что не может больше один жить, что родной человек ему рядом нужен.

Следователь лишь плотнее сжал губы, чтобы воздержаться от напрашивающегося комментария.

— А вот объяснение, таджика, помощника по хозяйству соседей Сомова, который пару раз видел во дворе мужчину, похожего на тебя. Опознать сможет. Ну, самим соседям-то некогда за чужие заборы заглядывать.

— Кстати, это подтверждает еще и биллинг, — вставил опер, — Номер твоего мобильного оформлен на какого-то Забелина. Забелин этот сидит. Но то, что ты номер юзаешь, установленный факт.

— И что, собственно? Да, угадали. Я уже несколько дней жил в доме и был рядом, когда приехала эта истеричка. Костя так о ней отзывался, что у меня не было желания знакомиться, вот я и ушел на второй этаж. Но я не убивал! Слушал, как они ругались, потом ее визг и тишина. Я испугался, когда увидел, что произошло, и ушел через заднюю калитку до приезда милиции. У меня судимость, проверили уже, наверное. Мне с милицией встречаться — удовольствия мало.

— А щебенку по дому кто разбросал?

— Костик и разбросал! Шарики за ролики у него заехали. Белая горячка, слышали про такое?

— Слышали.

— Да и не за чем мне было его убивать, какая выгода-то? Дом родителям его достанется. Нет этого вашего мо-ти-ва.

— Родители, конечно, наследуют дом, только до недвижимости ли им теперь? А из родственников у них — только ты, Гена, и твои родители. Кому дом достанется?

Дело было еще в деньгах. Вместе с Кешей они посчитали, деньги после покупки дома у Кости должны были остаться немалые. Это раз. Пил он много, несколько недель жил с братом и, очевидно, разболтал тому и про камни и про деньги. Это два. Но, камни к делу не пришьешь. Остаются наличные от их продажи. Либо они где-то спрятаны, либо…

— С одежды и тела Кости изымали микрочастицы. Их не могли идентифицировать с твоей одеждой, в виду ее отсутствия. Теперь мы ее изымем. А экспертиза покажет, что они совпадают.