Книга Развод. Убью мужа, страница 67 – Анна Королева

— Долго ещё будешь стоять под дождём, малыш?

Голос.

Тот самый.

Тот, от которого по спине пробегают мурашки даже недели спустя.

Я медленно открываю глаза.

Из черного припаркованного рядом автомобиля на меня смотрит он.

Юра.

Чёрное пальто, чёрные перчатки, одет дорого и неброско. Себе не изменяет.

Ну и конечно с вечной ухмылкой, которую я узнала бы даже в кромешной тьме.

— Ну что, идём? — он делает шаг вперёд, и я невольно отступаю.

— Как ты меня нашёл?

— Я всегда знал, где ты. — Он пожимает плечами. — Просто ждал, когда ты сама поймёшь, что пора домой.

— У меня нет дома.

— Ошибаешься. — Ещё шаг. Теперь между нами всего дорога. — Твой дом — там, где я.

Я сжимаю кулаки.

— Ты сказал, что Артём мёртв.

— Да.

— Докажи.

Он смеётся — низко, хрипло, будто дым сигарет просачивается сквозь голос.

— Ты хочешь фото? Видео? Может, его палец в коробочке? — Он качает головой. — Нет, Лада. Я не буду тебя шокировать. Просто прими это.

— Я не верю тебе.

— А ФСБ тебе веришь? — Он поднимает бровь. — Они тебе сказали правду? Или просто использовали, как использовали всё это время? Как это делал и сам Жнец.

Я молчу.

Юра вздыхает и выходит из машины. Делает всего один шаг — и оказывается передо мной, раскрыв зонт, который прикрывает нас обоих от дождя.

— Послушай, малыш. Я знаю, что ты злишься. Знаю, что ненавидишь меня. Но это не меняет главных фактов: ты — моя жена. И сейчас ты в опасности.

— От тебя?

— От них. — Его глаза становятся твёрдыми. — Они тебя сольют, как только поймут, что через тебя меня не взять.

Я хочу возразить. Хочу крикнуть, что он лжёт.

Но...

А что, если нет?

— Ты беременна.

Я замираю.

Как...

— Или думала, что я забыл?

Меня пронзает воспоминание.

Я ведь соврала ему тогда и получается …

Юра в любом случае будет считать моего ребенка своим. Независимо от того, кто отец на самом деле.

Так может это и правда лучший вариант? Но боюсь не смогу. Да и обманывать Юру не хочется.

Я инстинктивно прикрываю рукой живот, и его глаза загораются.

— Это к делу не относится.

— Еще как относится, Лада. — Его голос становится тише, но в нём появляется сталь. — И ты это знаешь.

Я отворачиваюсь.

— Я не вернусь к тебе.

— Ты уже вернулась. — Он кладёт руку мне на плечо. — Просто ещё не поняла этого.

Дождь стучит по зонту.

Я должна вырваться. Должна убежать.

Но...

Куда?

ФСБ? Они лгали.

Одна? С ребёнком? Без денег, без защиты?

Юра чувствует мою слабость.

— Всё, что я прошу — один разговор. Без давления. Если после него ты скажешь «нет» — я уйду.

— Врёшь.

— Клянусь.

Я смотрю ему в глаза.

И вижу там...

Правду?

Или просто ещё одну ложь?

— Где?

— Моя машина в двух шагах.

— Нет. Не в машине.

Он кивает.

— Кафе через дорогу. Там люди, ты в безопасности.

Я колеблюсь ещё секунду.

А потом...

— Хорошо. Один разговор.

* * *

Кафе почти пустое. Пара посетителей у окна, бармен, лениво протирающий стаканы.

Мы садимся в углу. Юра заказывает мне чай, себе — кофе. Чёрный, без сахара. Как всегда.

— Ну? — я скрещиваю руки на груди. — Говори.

Он медленно размешивает ложкой кофе, потом отодвигает чашку.

— Ты права.

Я моргаю.

— В чём?

— Во всём. Я — ублюдок. Изменял. Использовал тебя. — Он смотрит прямо в глаза. — Но я люблю тебя. И сейчас я единственный, кто может тебя защитить.

— От кого?

— От ФСБ. От Влада. От всех, кто хочет использовать тебя против меня.