Книга Песнь Первого клинка, страница 120 – T. C. Эйдж

Элион и Литиан так и сделали. Артибус вытащил пробку, открыл рот пациента и осторожно влил в него зелье. Потом закрыл челюсть Амрона, закупорил флакон и убрал подальше.

— Все, можно дышать.

Старого врача, похоже, запах нисколько не смутил. В своей работе он явно имел дело с вещами похуже.

Все трое выжидающе смотрели на Амрона. Сначала он чуть-чуть шевельнулся. Всю неделю он был почти неподвижен, только грудь слегка поднималась и опускалась: масло ваточника делало свое дело. Теперь же его дыхание постепенно начало учащаться, веки задрожали. Амрон приоткрыл глаза, и Элион наклонился к нему.

— Отец, ты меня слышишь?

— Не спеши, Элион, всему свое время, – сказал Артибус.

Элион отошел и стал ждать. Через несколько минут отец начал приходить в себя, медленно выбираясь из непроглядной темноты. Он несколько раз открыл и закрыл глаза, Руки и ноги начали подрагивать, мышцы оживали. Элион заметил, что отец пошевелил рукой. Движение могло быть невольным, но Элион так надеялся на чудо!

Решив, что уже можно, Артибус подошел к пациенту и спокойно заговорил:

— Амрон, вы меня слышите? Это Артибус. Кивните, если слышите мой голос.

Элион затаил дыхание. Он смотрел на лицо отца и увидел, как тот кивнул. Артибус улыбнулся и сказал:

— Приглушите свет.

Литиан быстро погасил пару фонарей, оставив только один, который освещал повозку сзади. Когда свет исчез, Амрон перестал моргать и прищурился.

— Элион. – Это было первое слово, которое произнес Амрон Дэйкар слабым, едва различимым голосом. – Где мой сын?

Элион бросился к отцу и схватил его за руку:

— Я здесь, папа. Я рядом.

— Как ты? – спросил Амрон. – Ты в порядке?

На глазах Элиона выступили слезы.

— Все хорошо, отец. Со мной все хорошо.

Амрон облегченно вздохнул.

Элион почувствовал, как его переполняет тепло.

— Пить, – слабым голосом произнес Амрон. – Артибус, дай воды.

Лекарь быстро достал кожаную фляжку и капнул немного воды ему на язык. Он делал так всю неделю, хотя кормить и поить пациента в таком состоянии было нелегко. Отчасти поэтому ему так хотелось, чтобы тот проснулся. Сейчас, когда жизни Амрона больше ничего не угрожало, а опасность заражения миновала, нормальное питание значительно ускорит выздоровление.

Несколько минут все молчали. Артибус и Литиан осторожно помогли Амрону сесть. Верхняя часть кровати была устроена так, чтобы легко менять положение пациента. Они действовали медленно и аккуратно, Элион молча наблюдал за ними.

Артибус не смог сдержать слез. Они текли по его щекам, но он не пытался их вытереть. В другой ситуации он бы не позволил себе такого, но сейчас ему не было стыдно.

В конце концов Амрон широко открыл глаза и огляделся. Элион продолжал внимательно наблюдать за отцом. Не запаникует ли он? Не отреагирует ли так, как боялся Артибус, как это часто случалось с другими, когда они приходили в себя после подобной травмы? Но Элион не заметил ничего необычного. Он увидел человека, погруженного в глубокие размышления, человека, который спокойно и сосредоточенно обдумывал свои недавние воспоминания.

— Где мы? – Амрон оглядел Литиана, Элиона и Артибуса. Взгляд его был утомленным, но осознанным. Расаланская медицина и правда творит чудеса.

— В речных землях, милорд, – с трудом произнес Литиан, и его лицо осветилось облегчением. – В деревне под названием Бруквейл.