Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
«Я вижу вешку. Это?» «Сорок два. Да. Держись левей». Они шли по границе освоенных препараторами Химмельборга земель – но вот уже совсем немного и они выйдут в дикие части Стужи, где не придётся полагаться даже на вешки, оставленные собратьями по кругу, – только на себя. На своё чутьё, опыт… Стром расправил плечи, глубоко вдохнул под маской. Кого-то другого, может, эти мысли бы растревожили – но не его. Он любил полагаться на себя. Вот если бы только не Иде… «Теперь правей. Скоро отдохнём». Он чувствовал движение её мысли: я ещё не устала, – чувствовал, как она осаживает себя. Стужа – не место для споров. Стужа – место, где охотник подчиняется ястребу беспрекословно, и то, что оба они сейчас на слое Мира, ничего не меняет. Снег падал реже, и впереди стало светлее. Стром привычно задохнулся восторгом, увидев её – белоснежную, бескрайнюю. Слой Мира был красив совсем особенной красотой. Может, ему и не хватало призрачной зыбкости слоя Души, но зато была в нём реальность – реальность, отличавшаяся от городов и лесов Кьертании, но веская, имеющая право на существование… На жизнь. «Впереди холм. Огибаем слева». У подножия резвились щенки вурра, отошедшие, видимо, далековато от логова. Свирепая игра – они азартно визжали, выли, размахивая звенящими сосульками шерсти, валяли друг друга в снегу, высунув алые языки, оскалив клыки – крохотные, но уже смертоносные. Их шкуры ещё не загрубели, не обросли ледяным панцирем, но уже потеряли младенческую мягкость. Однажды Строму довелось видеть совсем крошечных. Его наставник, Раввен, показал их, прежде чем оставить, не дожидаясь возвращения матери или отца. «Их можно было бы забрать сейчас», – сказал Эрик тогда, но Раввен ответил: «Зачем? Без душ они не выживут. Что до препаратов – много ли с них проку?» Тогда Эрик испытал нелепое облегчение. Ему неловко было бы признаться Раввену, что он не хочет убивать щенков, что ему жаль их, потому что, пусть порождения Стужи, пусть дикие и опасные, – они всё-таки были детьми. И чем-то – пусть отдалённым эхом – они напомнили ему старую собаку Малку, его товарища по детским играм. Они с Иде обошли щенков по почтительной дуге. С ними не было ястреба, который заметил бы души родителей вовремя, чтобы предупредить, – а в схватке с разъярёнными вуррами, защищающими потомство, без поддержки на слое Души они могли бы понести серьёзные потери. «Ближе?» «Нет. Держись рядом». Она не задавала вопросов, пока щенки – и возможные маршруты их родителей – не остались позади. «Раньше не видела таких. Маленькие». «Подростки». «Их пытались разводить в Стуже?» Правильный вопрос – сам он додумался задать его Раввену уже позже, когда оба они вернулись в лётный центр. «Нет. Она этого не позволяет». Она. Здесь, среди сияния льдов, мерцания таинственных звёзд, зеленоватого свечения, расцветившего мрак над горизонтом, никто бы не усомнился в том, что она – Стужа – способна сказать своё слово, позволить или запретить… Никто бы не усомнился в том, до чего сильно все они – и щенки вурров, и люди, и препараторы – зависят от её воли. Снитиров пытались содержать в Стуже, но она рушила вольеры и губила самонадеянных глупцов, пытавшихся пленить её детей. Даже в тех из питомников, которые просуществовали достаточно долго, чтобы проверить, снитиры не желали не то что размножаться – даже просто принимать пищу от людей. Питомники прекратили строить задолго до начала карьеры Строма. |