Книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж, страница 384 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Увы! Зашедшие к вечеру монахи – те самые угрюмые оглоеды-дубинщики, уже сталкивающиеся с Вожниковым, вернее, с его кулаками – никакого дружелюбия не проявляли вовсе, даже не разговаривали, лишь презрительно щурились да – помня о прыти князя – ежесекундно были настороже, многозначительно поигрывая дубинками. Хотя – что такого мог сделать тюремщикам скованный по рукам и ногам узник? Ничего. Лишь разговор затеять.

— А сыровато тут у вас что-то. Видать, водоотвод давненько не делали, а?

Никакого ответа!

Молча поставив еду – кружку с водой и какую-то не особо приятную на вкус размазню в глиняной миске – монахи удалились, не забыв тщательно запереть дверь на засов, и появились вновь минут через двадцать, забрав кружку и миску.

И опять – ни слова! Даже не шипели злобно что-нибудь вроде – «ну, теперь-то мы, злодей, с тобой посчитаемся, всё-о припомним!». И это было плохим знаком, дубинщики вовсе не напоминали интеллектуалов, нет, ими руководил кто-то очень умный… брат Себастьян? Или все же отец Хубер? Так он что, не особо торопится к святой Монтсерратской Деве?

Вожников ждал допросов, на которых мог бы попытаться хоть что-то доказать: увы, на двое суток про него просто забыли, а на третьи – судя по тьме за решетками – уже ночью, кто-то осторожно скрипнул засовом.

Егор не спал, скорее просто подремывал, размышляя о сложившейся нехорошей ситуации, и, услыхав необычный для этого времени шум, сразу же насторожился, вскочил, подбираясь к выходу… Предательски звякнули цепи, дверь приоткрылась…

— Не спите, сударь? – тихо поинтересовались на латыни.

— Как видите – нет, – заинтригованный узник пожал плечами, силясь рассмотреть незнакомца – увы, тут и кончиков пальцев нельзя было увидеть – тьма, хоть глаз выколи! И все же князь спросил: – Кто вы? И зачем пришли?

— Вас завтра казнят, – шепотом отозвался неведомый ночной гость. – Отрубят голову за двойное убийство. А напарницу вашу, скорее всего, сожгут… хотя не уверен – могут и повесить.

Егор сразу же оценил полученную информацию, ради которой незнакомый друг – хотелось бы верить, что друг – не поленился (и не побоялся) произнести столь длинную фразу. Надавил – это понятно, непонятно только – зачем?

— Если хотите остаться в живых, идемте со мною.

Ага! Вот зачем. Что ж… наверное, следует воспользоваться предложением.

— Вы так и не ответили – кто вы?

— Недруг Арагонского королевства, – неожиданно пояснил визитер. – И, следовательно – ваш друг. По крайней мере – в настоящее время.

— Откровенно! – похвалил князь. – И в логике вам не откажешь.

— Так идемте же, у нас мало времени. Просто идите на звук моих шагов и постарайтесь не очень звенеть цепями.

Молча кивнув – хотя этот жест был сейчас и не виден – узник вышел в небольшой коридор, столь же темный, как и узилище. Клубящаяся вокруг темнота казалась какой-то осязаемой, липкой, словно расправившийся от жары пластилин… впрочем, она вовсе не была столь уж полной: присмотревшись, князь увидел льющийся откуда-то сверху дрожащий желтоватый свет… наверное, там горела свечка.

— Здесь лестница, осторожно, – заботливо предупредил ночной гость.

Егор вдруг резко остановился:

— Без своей напарницы я никуда не пойду!

— Как это не пойдете? – в голосе неведомого спасителя явственно прозвучала растерянность и даже какая-то уязвленность, как у человека, жестоко разочаровавшегося в самых лучших своих ожиданиях.