Книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж, страница 444 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Боюсь, у нас нет для вас места, – почесав подбородок, угрюмо промолвил мужик. – Во всей нашей деревне вряд ли найдется.

— Хм, – Вожников хмуро сдвинул брови. – А нет ли поблизости какого-нибудь постоялого двора? С нами раненый – знатнейший кабальеро, дон Эстебан Сикейро-и-Розандо, паж славного короля Альфонсо!

— Никогда о таком не слыхал! – твердо заявил увалень.

Внимательно слушавшая весь разговор Аманда (остальные оставались поодаль, у дороги) ахнула:

— О короле своем не слыхали?

— О паже.

— Ах, о паже, – девушка быстро взглянула на князя. – Вы позволите мне спросить?

— Да пожалуйста! – Егор пожал плечами и даже сделал шаг в сторону.

Очень может быть, что это его акцент спугнул деревенщину… или здесь что-то другое?

— Это у вас пропала собака, дядюшка? – мило улыбнулась ведьма. – А коровы? С коровами все в порядке, не болеют ли?

— А ты, я вижу, наш… наша, – внимательный крестьянский взгляд, конечно же, уже давно разглядел скрывающуюся под мужским платьем стройненькую девчоночью фигурку. – Издалека?

— Из Матаро.

— Бывал я там когда-то на ярмарке, – увалень прищурился и даже скривил толстые губы в чем-то напоминающем улыбку… впрочем, тут же бросил на юную паломницу вновь насторожившийся взгляд: – А ты чего парнем-то вырядилась?

— Удобнее по горам лазить, дядюшка, – спокойно отвечала девчонка. – Разве не так?

— Так. Но все равно – нехорошо это.

— Да я понимаю, что нехорошо, – Аманда тяжело вздохнула и перекрестилась. – Но что же мне – голой ходить? Платье-то мое прежнее лихие люди украли. Наверное, те же, что и вашу собаку свели.

— Ах, вон оно что… – покосившись на своих парней, крестьянин озадаченно сдвинул на затылок круглую кожаную шапку. – Выходит, и вы от лихоимцев пострадали.

— Да еще как, дядюшка! Вон, парнишку-то нашего едва не убили… И знаете – кто?

— Кто?

— Мавры!

Услыхав про мавров, дядька аж присел, хлопнув себя ладонями по коленкам, и громко, торжествующим тоном, выкрикнул:

— Ну вот! А я что говорил? Мавры это были, вовсе не показалось мне, не послышалось. Да и не могло послышаться, я ведь в Магрибе, в плену два года провел – мавританскую речь понимаю.

— Так это мавры убили вашу собаку, дядюшка?

— Ладно собаку – пастушат выкрали!

Оглянувшись вокруг, Вожников подошел ближе, чувствуя, что юная ведьмочка нащупала-таки в кондовой душе деревенщины струнку, на которой можно сыграть, добившись расположения и ночлега:

— А где ты слыхал мавританскую речь, любезнейший?

— Да тут, у перевала, в орешнике, – крестьянин махнул рукой. – Шел на покос по горной тропе, вдруг слышу, у ручья голоса. Подкрался осторожненько – от чужаков, сами знаете, всего можно ожидать, вот и решил присмотреться… Там-то и понял все! О собаке они говорили, о пастушатах… и еще о ком-то – тут я не понял, о ком. Да и так ясно – пожаловали и в наши края людокрады, магрибские мавры.

— А не далековато им от моря-то? – усмехнулся князь. – Хотя бешеной собаке триста верст не крюк.

— Э-э, – услышав незнакомую речь, дядька снова насторожился. – А вы ж откуда будете, почтенный сеньор?

— Из Польши, – Егор развел руками. – Небось, не слыхали про такую страну?

— Не слыхали, – честно признался мужик. – Неужто и там добрые католики живут?

— О! Еще какие добрые! А у нас ведь с маврами счеты… – подумав, добавил князь. – И очень хотелось бы проучить этих гнусных негодяев! Мои ребята – крепки и отважны!