Онлайн книга «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж»
|
— А теперь – ваша смерть, сеньор! – зловеще прищурился Красавчик. – С другой стороны, я бы взял вас в плен… если б вы приказали своим людям… Ах, понимаю… Выбираете смерть? Что ж! А ведь могли бы договориться. В светлых глазах мавританца на миг мелькнуло сожаление… тут же сменившееся азартом, столь характерным для всего средневекового рыцарства, когда делают не то, что надо бы, а то, что хочется, то, к чему стремится душа. В данный конкретный момент душа мавританского кабальеро стремилась к смерти, конечно же, не к своей собственной… Вот, дьявол! И как быстро все… — Поднимите меч повыше, любезнейший дон, – опустив руки, попросил соперника Вожников. — Повыше? – удивленно переспросил тот. – Но… зачем? — Лучше поразите меня в голову… или в сердце, нежели – как скотину – в живот, – сделав шаг вперед, Егор улыбнулся, как писали когда-то в боевых листках – «с достоинством и честью». Глаза Красавчика одобрительно вспыхнули: — Поистине, вот просьба, достойная храброго и благородного мужа! Что ж… как хотите. Извольте! Блеснул в лучах выглянувшего из-за синей горы солнца толедский закаленный клинок. Словно сама смерть блеснула. На миг. На очень короткий миг… Смотрелось-то все хорошо, картинно: занесший меч победитель – враг, и побежденный, как и положено рыцарю, с достоинством принимающий гибель. Со стороны-то именно так все и выглядело. Только некому было смотреть – все сражались… А жаль! Подивились бы… А вот не подпускайте рассерженного боксера на расстояние вытянутой руки, как, любуясь собой, неосторожно поступил Красавчик… Поднял меч, открылся… Ну, и что с того, что панцирь? Красивый такой, черненый, с серебристой вязью, скорее всего, часть доспеха. И когда только успел надеть? Наверное, в нем и спал. Панцирь панцирем… А вот лицо… Короткий, без замаха, апперкот в челюсть. Всего-то. Один только удар. Хорошо поставленный, не раз приносивший Егору победу на ринге. Хруст. И славный мавританский рыцарь тяжело осел в траву, просто поплыл, как вмиг растаявшая на солнышке снежная баба. Из бедолаги словно бы какой-то стержень выдернули. Нокаут, чего уж тут говорить. Красивый такой нокаут, техничный. Упал, повалился наземь Красавчик, а меч его, великолепный толедский клинок, казалось, завис на миг в воздухе, повисел удивленно и рухнул на грудь своего хозяина, глухо стукнувшись об кирасу. — Ну, вот и славно, – нагнувшись, князь поднял трофей и оглянулся вокруг – не нужна ли помощь? Похоже, не нужна. Похоже, все уже было кончено – стонали раненые, валялись у ручья трупы… А прошло-то всего минуты две-три, не больше! Егор махнул рукой Беззубому: — Как вы? — Да, хвала Святой Деве, целы! Так, царапины, да еще Лупано зацепило стрелой… кажется, не сильно. — Не сильно? Вожников подбежал к лежащему на плоском камне юноше, бледному, с угасающим взором и торчащей в боку стрелой. Присел рядом, заглянул в глаза: — Ты только терпи, терпи, парень. Помни – тебе есть, для кого жить! — Да… отец… — А еще – Аманда, – подмигнул князь. – Как она тебе? Хороша невеста? — Невеста? – в глазах парня, казалось, вспыхнуло солнце. – Вы… вы думаете… что я… и… — Да! Вот именно. Почему б вам и не обвенчаться? Аманда – хорошая, весьма привлекательная девушка, неглупая и очень хороша в сексе… ой… короче – знойная женщина, мечта поэта! |