Книга Земский докторъ. Том 6. Тени зимы, страница 114 – Андрей Посняков, Тим Волков

— И заплатили ему за эти «пробы» по-царски, — мрачно добавил Иван Палыч. — Пять тысяч червонцев авансом… это лишь за пробу пера. Огромная сумма. А теперь ему сулят вдесятеро больше. За один, но сокрушительный удар.

— Поэтому он и рвет и мечет! Землю носом роет, чтобы совершить подлость.

Гробовский отложил листок и посмотрел в заиндевевшее окно, за которым медленно опускалась холодная ночь.

— Вопрос в том, Алексей, куда они целится? — задумчиво произнес Иван Павлович. — Какую именно «транспортную артерию» они хотят взорвать? И, главное, ради чего?

Гробовский тяжело поднялся с кресла и зашагал по комнате, его тень причудливо и резко заметалась по стенам.

— Логика подсказывает, что цель должна быть не просто значимой, а символической. Такой, чтобы эхо взрыва дошло до самых верхов. Чтобы продемонстрировать нашу… то есть их, — он поправился, — полную беспомощность.

Иван Палыч вдруг выпрямился, его глаза сузились.

— Погоди… Ты же сам говорил на последнем совещании. Слухи… о переезде.

Гробовский замер как вкопанный. В воздухе повисла тяжелая, звенящая тишина.

— Правительства, — чуть слышно прошептал он. — Из Петрограда в Москву.

Оба мужчины смотрели друг на друга, и в их взглядах читалось одно и то же леденящее душу осознание.

— Думаешь, оно самое?

— Они не просто дорогу взрывать собираются, — голос Ивана Палыча стал хриплым от напряжения. — Они готовят покушение. На сам поезд с членами Совнаркома. На Ленина, Троцкого… всех.

— Именно, — Гробовский с силой ударил кулаком по столу, отчего подпрыгнула чернильница. — Вот он, их «козырь»! Немцам не нужен просто взрыв моста. Им нужен хаос в самом сердце новой власти. Устранить руководство в один день. И Хорунжий с его «Профессором» — идеальные исполнители. Прибыльные, беспринципные и уже доказавшие свою эффективность.

Он снова начал ходить, но теперь его шаги были быстрыми, решительными.

— А как они узнали? — резонно спросил Иван Павлович.

— Верно, — кивнул Гробовский. — Маршрут держат в строжайшем секрете… но утечки возможны. Или они вычислят его логически — основных путей не так много. Наша задача — опередить их. Нужно срочно связаться с Москвой, с Феликсом Эдмундовичем лично! Эх, времени то совсем нет. Письмо от февраля, на подготовку дали две недели. А уже март. Значит вот-вот может случится. Предупредить нужно срочно о угрозе. А здесь… здесь мы должны найти Хорунжего и Горохова до того, как они получат финальную команду. Пока они ждут своего курьера с координатами.

Иван Палыч кивнул, вставая. Усталость как рукой сняло, сменившись холодной, ясной решимостью.

— Значит, времени у нас нет. Ни часу. Они уже на старте. И мы должны быть быстрее. Да только как мы их найдем? За что зацепиться?

— Цепляться не за что! — с отчаянием в голосе провёл рукой по лицу Гробовский. — След Букиниста простыл. Профессионал. Ни паутины, ни пылинки после себя не оставляет. Как призрак.

Иван Палыч молча зашагал по комнате. Верно, Букинист как призрак. И на кладбище наверняка он был. И цветы этой даме носил тоже он. Цветы…

— Погоди, Алексей… Цветы…

Гробовский с недоумением посмотрел на него.

— Какие ещё цветы? Ты о чём?

— Цветы! Те самые, синие, что у Веры Николаевны на окне. Пролески. Она говорила, что купила их у бабки Маланьи, что на краю села, у кладбища. И что таких больше ни у кого нет.