Книга Вечные Пески. Том 4, страница 63 – Лео Сухов

— И ты готов сразу передать обещанные сверх казны деньги? — по-прежнему косясь на потолок, ворчливо уточнил Мирад. — Раз уж клятву всё равно не нарушить!..

— Да, я передам их твоему человеку, — не стал я тянуть время.

— Тогда завтра я скажу Мгелаю, что согласен забрать в Рамдун только тебя и твоих людей. А чтобы вы ничего не заподозрили, попрошу сопроводить нас до стен города, — кивнул Мирад. — А ещё утром я отправлю вестников к своему повелителю. Они расскажут ему, о чём мы с тобой договорились. Доброй ночи, воевода!

— И тебе, хан. Правда, доброй она вряд ли будет, — ответил я. — Вчера у стойбища видели гухулов. А они всегда приводят за собой других демонов.

— Мы готовы сражаться! — с достоинством уверил меня Мирад.

Провожатый, всё тот же коренастый кочевник, ждал меня у выхода. Я вновь пошёл за ним, стараясь не отставать в темноте. Ветер за время разговора не утих, только усилился. Он гнал по земле колючую песчаную взвесь, иногда бросая горстями в лицо. Сияния Светлой Дороги, пересекавшей небо, едва хватало, чтобы подсветить стойбище.

Петляли долго. Я сбился со счёта, сколько раз мы сворачивали. И сколько раз замирали, дожидаясь, пока стихнут чужие шаги. Наконец, показались знакомые очертания. Я кивнул провожатому, чтобы подождал меня на краю лагеря, и ускорил шаг.

В шатре, где мы держали припасы, горел тусклый светильник. Ватаны и Элии внутри не было. Женщины давно уже видели десятый сон. Дежурный вздрогнул, хватаясь за оружие, когда я решительно откинул полог, но быстро выдохнул и отступил.

— Ступай наружу. Никого не впускать, — приказал я.

Я остался один. Раскрыв сундук с казной, отсчитал нужную сумму. При свете масляной лампы нашёл пустой кошель и ссыпал туда деньги.

Семьсот пятьдесят. Буквально целое состояние. Я рисковал шкурой за суммы в полтора десятка раз меньше. Но сейчас на кону стояло очень много. Нельзя было жадничать и жалеть. Отогнав лишние мысли, я завязал тесёмки кошеля.

Провожатый ждал там, где я оставил его в темноте. Кошель он принял, не проверяя, сколько лежит внутри. И сразу же ловко сунул за плотный кожаный пояс.

— Передай хану… — начал я, но договорить не успел.

С южного конца стойбища донёсся крик. Короткий, резкий, тревожный. Мгновение спустя ему начали вторить другие голоса. И вот уже целый хор загомонил на окраинах.

В каждом из этих криков угадывалась паника. И лютый, животный страх за свою жизнь.

— Быстро к хану! — я толкнул провожатого в плечо. — Скажи, что началось. Живо!..

Он метнулся в темноту, но я уже не смотрел ему вслед.

— Подъём! — заорал я, поворачиваясь к своим шатрам. — К оружию! Быстро!

Из ближайшего жилища высунулась голова, сразу за ней — вторая. Я видел, как деловито засуетились люди, слышал, как зазвенело оружие. Кто-то спросонья ругнулся, кто-то начал натягивать доспехи. Бойцы, что поопытнее, выскакивали сразу в броне и оружие. Многие, даже толком ещё не проснувшись.

Я и сам на ходу застёгивал наручи. Подхватив топор у своего шатра, повесил его на пояс. Не теряя времени, натянул шлем. Щит на левую руку — и я полностью готов к бою.

Мои люди уже строились кольцом, спинами к шатрам. Кто-то успел разжечь костры: оранжевый свет заметался, выхватывая из темноты решительные лица, блеск наконечников копий, тусклую медь пряжек.