Книга И гаснет свет, страница 66 – Влада Ольховская

Но почему он вообще должен это делать? Это был вполне справедливый вопрос, который стремительно терял значение.

Когда Ольга закончила говорить, он все-таки не выдержал:

— Ты должна была подать жалобу мне. Я все-таки твой куратор!

— А Обри – куратор чудика этого… В смысле, начальство. Так что я подала жалобу правильному человеку, а толку все равно не было!

— Чарли ее племянник, – спокойно пояснил Энлэй. – Не было ни шанса, что она тебя поддержит.

— Опаньки… Не знала!

— Узнала бы, если бы обратилась ко мне.

— Мне, если честно, и тогда казалось, и сейчас кажется, что это принесло бы только новые проблемы… Мы же договаривались общаться только по работе!

Они действительно договаривались. Он сам требовал этого. Так что Энлэю нечего было возразить, даже если очень хотелось.

Он предпочел сменить тему:

— Так ты считаешь, что на тебя напал Чарли?

— Я не видела, кто на меня напал, – призналась Ольга. – Но произошло это вскоре после того, как я попыталась на него жаловаться. Я, если честно, не могу толком вспомнить, что произошло, и я…

Договорить она не успела – они оба отвлеклись, когда открылась дверь. В палату без спроса зашел Джона Нивс, на этот раз без медицинского халата, улыбающийся, с двумя стаканчиками кофе в руках. Правда, когда он обнаружил рядом с кроватью Энлэя, его улыбка заметно потускнела.

Энлэй с Нивсом обычно общались только по работе, других причин не было. То, что хирургу нравится распускать павлиний хвост перед новенькой, Энлэй заметил сразу. Просто это не имело значения… До сегодняшнего дня.

— Что, начальство и теперь покоя не дает? – хмыкнул Нивс. – Расслабься, шеф, она официально на больничном!

— Мы просто обсуждали то, что случилось, – пояснила Ольга. – То, что я говорила тебе…

Она и ему рассказала… Это было логично – но раздражало еще больше.

Улыбка Нивса померкла окончательно, хирург нахмурился.

— Мы же с тобой это обсуждали! Мозг просто пытается осмыслить травму, вот ты и придумываешь всякое.

Энлэй с выводами не спешил, он пытался вспомнить все, что знает о Чарли Конраде. Лично у него с медбратом никогда проблем не было – да оно и понятно, учитывая, что переводчик с легкостью возвышался над ним. А вот женщины, кажется, на него жаловались, да и пациенты его не слишком любили. Бывали даже случаи, когда они отказывались подпускать его к себе без объяснения причин.

В случае с кем-то другим и одного такого обвинения хватило бы, чтобы попрощаться с сотрудником. Начальство даже не озадачилось бы поиском доказательств, найти замену при такой зарплате несложно. Но Чарли неизменно спасала Обри. Вот она была по-настоящему ценна для клиники и пользовалась этим. У самой Обри детей не было, и Энлэй подозревал, что Чарли она воспринимает как сына.

Что же до Чарли, то на него Энлэй внимания раньше не обращал. А ведь если задуматься, медбрат порой вел себя жутковато. Да и там, в лесу, когда Ольга оказалась в паре с Чарли, она явно намеренно позвала Энлэя. Он помнил ее взгляд: она не хотела, чтобы он ушел и снова оставил их наедине.

Все вместе это никак не походило на фантазию мозга, пытающегося что-то там осмыслить.

— Ты считаешь, что Чарли не мог на нее напасть? – поинтересовался Энлэй.

— Да с чего ему это делать? – поразился Нивс. – И вообще кому-либо! Слушай, я тебя прошу: не поощряй ее галлюцинации. Даже если ты сам себе в такие моменты кажешься добреньким, ты на самом деле вредишь ей.