Книга Роман Марсо Миллера, страница 101 – Марсо Миллер

— Что у него была с ней связь. Я хотела бы, чтобы ты никому об этом не рассказывал, по крайней мере пока. Мне хотелось бы сначала самой поговорить с Карен, когда я буду готова.

Он ничего не ответил.

— Дай-ка мне бутылку, Алексис, пора ее прикончить.

Я вылила остатки коньяка себе в глотку. Он помог мне подняться, обнял меня, как будто помогая мне удержаться на ногах и пережить потрясение. Я обхватила ладонями его лицо и впилась губами в его губы. У меня ничего не осталось, мне не хотелось больше бояться, хотя бы ночью, хотя бы этой ночью.

— Останься со мной сегодня, Алексис.

Он держал меня за руку до самого дома, который я заперла за нами на ключ. Я довела его впотьмах до своей постели, освещенной только отблесками ночи за окном. Мы сбросили одежду на пол. Он зарылся носом в мои волосы, погладил шею, груди, укусил их, провел по ним языком. Его руки сладострастно и ловко заскользили между моих ног. Я сжала его лицо, снова почувствовала вкус его губ, когда он уверенно вошел в меня. Я выпустила на волю свои чувства и свои молчаливые слезы. Внутренний барьер слабел, по мере того как изнутри поднимался жар, кожа покрывалась влагой, которая смешивалась с его потом. Он крепко меня держал, и это объятие защищало меня от проклятия и уносило прочь. Я изогнулась от желания, и наслаждение накрыло нас.

Карен

Дети наконец уснули. Видеоигры – не слишком подходящее занятие, но все их внимание сосредоточилось на трагедии, и я не нашла другого способа их отвлечь. Им нужно будет научиться нести это бремя, справляться с ним. Как всем нам, как и мне. Ничего, у них получится.

Я завернулась в плед и пошла к Роллену, в его проклятый гараж. Ворота были подняты. Он шлифовал деревянную доску. Вокруг него кружилась мелкая каштановая пыль. Сомневаюсь, что он осознавал, насколько символично было то, что он делал. Он стачивал эту древесину, как будто хотел, чтобы от нее ничего не осталось, как будто можно заставить исчезнуть все что угодно. Он увидел меня, но не прервал работу. А я так и стояла, смотрела на него и молчала. Но я была готова. И знала, что он не готов. Одной рукой я схватила его за запястье, другой остановила шлифовальный блок:

— Прекрати!

Он высвободил запястье и опустил глаза:

— Знаю, я кругом виноват. Дельмас хочет меня видеть. Он поджаривает меня на медленном огне. Я должен сообщить имена, но он нервничает, потому что ему это ничего не дает. Я снабжал всякую мелкоту, это неинтересно. Один из его гаденышей ходит за мной по пятам. Они загнали меня в угол.

— Из-за твоих… оплошностей мы в полном дерьме. Но это не самое худшее. Есть еще кое-что, и Дельмас это раскопает. Значит, так, Роллен, послушай меня. И смотри мне прямо в глаза! Ты сделаешь то, что я тебе скажу, ок? Только не начинай хныкать, избавь меня от этого.

— И что… что он раскопает?

Я сделала глубокий вдох и бросила первый кусок:

— Он раскопает, что мы, Марсо и я, были вместе. И это может сделать тебя подозреваемым! Я не в курсе, что замышляет Сара, но чувствую, что за этим что-то кроется. Она что-то знает.

Роллен опустился на табурет: он был ошеломлен.

— Ты c Марсо? Но, Карен…

На него больно было смотреть. Он не мог прийти в себя, увидев истинное лицо своей малышки Карен. Оно никак не соответствовало образу идеальной жены, чуткой и всегда готовой исправить любые его глупости. Но сейчас было не время себя жалеть или сводить счеты: над нами нависла угроза.