Книга Роман Марсо Миллера, страница 35 – Марсо Миллер

Мне было тогда десять лет, Жад – на одиннадцать месяцев меньше. Мы прошли через эту трагедию так, как проходят дети в этом возрасте. Мы хотели быть такими же детьми, как другие, несмотря на то что несчастье пришло, а отец ушел. Впрочем, годы летели, и наша боль утихала. Мы жили бок о бок с призраком, рассчитывая, что скоро вырастем, избавимся от него и нам откроются новые горизонты.

В то лето, когда мне исполнилось семнадцать, “Дом леса” нанял меня на весь сезон. Это была моя первая летняя работа. В этом приключении Жад присоединилась ко мне: мы стали горными гидами на самых простых, доступных и легких маршрутах. Там мы и встретили Сару. Она тоже работала гидом. Мне сразу же понравились и ее легкий акцент уроженки швейцарского кантона Во, и ее соблазнительная манера слегка раскатывать “р”. А еще больше мне нравились ее швейцарские словечки, непривычные для нас, а потому очень забавные. И то, как она всякий раз напоминала, что я “француз”, а не местный житель.

В ту пору меня завораживала сила Сары. И ее потребность в свободе. Она жила ожиданием лета, благословенного, вольного времени, когда она могла пересечь швейцарскую границу и приехать в дом к своей бабушке Луизе, тот самый, который стал нашим домом, где мы создали семейный очаг, растили наших детей. Сара не хотела другого дома.

Профессии гида нас обучал жандарм Ив Рейно. Ему тогда было лет сорок, и он помогал ассоциации, чем только мог. Этот старый лис, как и положено настоящему местному сыщику, знал горы как свои пять пальцев. Сара вела себя с ним как дикарка. Он тратил кучу времени на то, чтобы удержать ее от крайностей. Теперь я понимаю, что она, скорее всего, таким образом снимала напряжение прошедшего года, ведь у родителей в Лозанне она просто задыхалась.

Мне сразу понравилось работать с ней в одной команде. С первого дня совместной работы ее присутствие стало для меня необходимостью. Она обладала особым обаянием: эта девушка была способна выжить во враждебной среде. Бескрайние леса и озеро были ее королевством. Уже тогда я понимал, что если рискну ее приручить, это перевернет мою жизнь навсегда. Поэтому я сделал над собой усилие и включил внутренний тормоз. Чтобы избежать аварии со смертельным исходом. Мы дружили, но нередко ругались. Однако каждая ссора не отдаляла нас друг от друга, а еще больше сближала. Каждое слово, произнесенное на повышенных тонах, позволяло нам лучше понять язык другого. И создать наш общий. Мы постоянно виделись, но наши отношения не перешли на романтический уровень, иначе все изменилось бы. Мы оба знали, что время еще не настало.

Понадобилось три года и одна трагедия, чтобы мы решились впервые поцеловаться. Надо думать, присутствие моей сестры воздвигало между нами невидимый барьер: только после ее исчезновения наши с Сарой отношения стали более близкими. Я называю это “исчезновением”, потому что на данный момент мне так удобнее. Действительность теперь совсем другая, поэтому я об этом пишу. Судьба этого текста не будет зависеть от издателя. И он не упокоится навеки в ящике стола или банковской ячейке. Он – подушка безопасности, которая ждет столкновения, чтобы надуться и лопнуть.

Перескочу через несколько лет. Итак, исчезновение Жад. Дело по ее розыску было поручено старику Рейно. Он организовал облавы, лез из кожи вон и, как безумный, дни и ночи напролет прочесывал горы, которые, как ему казалось, он так хорошо знал. Его бесило, что они ему не поддаются. Ему, между прочим, учившему нас покорности перед стихиями: “Помните, что во все времена года, при любом изменении погоды лес, горы и озеро меняются”. Итак, после облав, собак, вертолетов, поисков там и сям команда Рейно впала в уныние, а дело моей сестры постепенно стало терять позиции в списке приоритетных. После этого расследования Рейно как будто угас. Когда много лет спустя он уходил на пенсию и уносил последние коробки с вещами, у него за плечами словно балласт висело это дело.