Книга Книжный клуб на острове смерти, страница 134 – Виктория Дауд

— Когда-нибудь свидимся, папочка, – кивнул Нейт, которого сажали в машину.

Кемп ничего не ответил.

Выжил ли Спир?

Само собой. В конце концов, он ведь специалист по выживанию, о чем не преминул напомнить нам, едва опасность миновала. Рана оказалась глубокой, Спир потерял много крови. Его доставили прямиком в Западную островную больницу Сторновея, где сразу же прооперировали.

Остальных поместили в отдельную палату для врачебного осмотра. У Джесс выявили шок и обезвоживание. Пока мы с нетерпением ждали новостей об операции Спира, несколько офицеров полиции брали у нас показания, и при каждом новом разоблачении или упоминании о смерти их глаза становились все шире, а брови поднимались все выше.

Когда стала известна полная версия произошедшего, небольшой городок наводнили представители прессы. Некоторые местные жители, придя от этого в восторг, давали пространные интервью о курсах выживания, на которые люди съезжаются из других мест. Впрочем, едва первый газетчик понял, что на острове застряли «Умные женщины из Бойни», под пристальным вниманием репортеров вновь оказались мы. Как мы умудрились попасть в очередную кровавую ситуацию? Каково это – ощутить преследование смерти? Меня так и подмывало сказать: «Вполне обычное дело». С трудом сдержалась.

Среди всей этой суматохи тяжело было выкроить хотя бы минутку, чтобы пообщаться с остальными, особенно с мамой. Лишь несколько дней спустя нам удалось остаться с ней вдвоем в маленьком гостиничном номере, где серые сетчатые шторы пропускали внутрь слабый свет. И мы заговорили, глядя друг на друга так, словно проводили собеседование.

— Он был тебе хорошим отцом, – начала мама, – и я не хотела разрушать твои иллюзии. Впрочем, выпить он любил.

Я кивнула, подумав о единственной вещи, которую забрала с того острова, – папиной Библии с потайным карманом внутри страниц.

Мама объяснила, что не знает имени другой женщины, но слышала их разговоры по телефону, когда та звонила к нам домой.

— Твой отец всегда отрицал их связь, однако она заявилась на похороны и молча смотрела на меня с улыбкой. Потом Мирабель ее увела.

Мы общались весь день. Мама говорила примерно то, чего я от нее ждала, и меня не волновало, правда ли это. Она просто хотела меня защитить, не желала причинять боль – вполне предсказуемые фразы. На самом же деле все сводилось к тому, что мама так и не сумела по-настоящему простить отца. Вопрос в том, смогу ли я?

Призрак папы не появлялся несколько недель. Лишь по возвращении в Лондон я увидела в углу его темную фигуру со стыдливо опущенной головой. Он до сих пор не смеет на меня смотреть, и трудно сказать, станет ли когда-нибудь прежним. Психотерапевт Боб утверждает, что лучше позволить призраку отца исчезнуть навсегда, а еще советует мне и дальше жить с мамой, чтобы прийти в себя. Похоже, он не все понимает, хотя в этом как раз нет ничего нового.

Сперва мы пошли на похороны Райана. Джесс с нами не разговаривала, да и с остальными тоже. Судя по всему, она пока не начала выздоравливать, и пройдет какое-то время, прежде чем эта девушка вновь станет похожей на саму себя.

Следующими состоялись похороны Ангела; присутствовала его мать, а также несколько других женщин, носящих подаренные им амулеты с серебристыми флаконами.