Книга Дом у кладбища, страница 48 – Марико Коикэ

На ней был черно-белый жакет в шотландскую (гленскую) клетку поверх черных облегающих брюк, которые облегали изгибы ее ягодиц. Задняя часть куртки была цела, на ней не было видно ни единой царапины. Ее блестящие черные волосы до плеч мягкими волнами ниспадали вокруг лица, и хотя она, как обычно, могла разглядеть два или три седых волоска, они были едва заметны. Пара золотых сережек, едва видимых из-за завесы волос, поблескивала. Антивозрастной крем, которым она добросовестно пользовалась каждый вечер, должно быть, делал свое дело, потому что вокруг глаз не было гусиных лапок. Насколько могла видеть Мисао, в ее внешности не было ничего необычного или нелепого. Это было явным облегчением. Может быть, в конце концов, студенты просто отреагировали на ее странное поведение.

Ей вспомнился заголовок рекламы женского журнала, который она где-то видела: «Тридцать два – пик женственности». Так получилось, что Мисао было тридцать два года, и ей, безусловно, хотелось бы думать о себе как о женщине в полном расцвете сил. «Начни готовиться к старости, укрепи свои отношения с товарищами и друзьями, постарайся стать самой лучшей и самореализованной личностью, а затем добавь немного любви, – говорилось в тексте. – Это рецепт, который заставит вас сиять. И теперь специально для вас, женщины в самом расцвете сил, выходит новый журнал!»

Все женские журналы в основном одинаковы, – подумала Мисао. – Полистав любой из них, можно увидить, что они либо поощряют своих читателей стремиться к невероятно возвышенному идеалу, который не имеет никакого сходства с повседневной реальностью, либо публикуют сенсационные фрагменты испытаний, невзгод и триумфов других людей, которые, опять же, имеют очень мало общего с повседневной жизнью большинства читателей.

Достав из сумочки косметичку, Мисао быстро нанесла слой румян. Женщины средних лет все еще прихорашивались перед зеркалами, и она взглянула на них краем глаза. Казалось, они возвращались домой с дневного просмотра фильма. Пара из них держала в руках свернутые брошюры, и шрифт был таким крупным, что Мисао сразу поняла, что они были на просмотре хорошо известной романтической мелодрамы, которая в настоящее время лидирует в прокате.

«Может, пойдем куда-нибудь выпьем чаю, прежде чем закругляться?» – спросила одна из женщин, и все ее спутницы ответили утвердительно. Смеясь так, что для ушей Мисао это прозвучало пронзительно и неестественно, легкомысленная четверка гурьбой вышла из туалета.

Когда Мисао посмотрела на свои наручные часы, она увидела, что было три часа. Она зашла в офис своего знакомого по бизнесу в Гинзе, чтобы обсудить возможное задание по иллюстрации, но они разговорились за чашечкой кофе, и время пролетело незаметно. Мисао уехала, оставив Тамао у Эйко Иноуэ, пообещав вернуться не позже половины четвертого, так что, если она не хочет опоздать, ей нужно успеть на ближайший свободный поезд.

Встреча прошла гладко. Редактор, с которым Мисао встречалась, не был обеспокоен пятилетним разрывом в резюме Мисао, и было отрадно, что это прошлое знакомство, вероятно, принесет несколько внештатных заказов. Для начала Мисао попросили предоставить иллюстрацию для ежемесячного журнала по визуальному дизайну, ориентированного на женщин.