Книга Призрак Мельпомены, страница 113 – Лора Перселл

И вот наконец прозвучала последняя строчка пьесы. Упал зеленый занавес, и публика взорвалась овациями. Рабочие сцены бросились уносить реквизит, а актеры готовились к исполнению национального гимна. Только Лилит все лежала без движения.

Оскар тихо выругался.

Клементина позвала ее и тронула. Никакой реакции.

— Не поднимайте занавес, – закричала я. – Ради бога, не поднимайте.

Я выбежала на сцену и упала на колени возле Лилит. Я потрясла ее, похлопала по лицу и приказала очнуться. Губы у нее посинели. Как было у ма.

Через секунду рядом оказался Оскар. Мы вдвоем понесли Лилит за кулисы, а другие актеры смотрели на нас с ужасом.

Мы осторожно положили ее на пол. Она лежала как мертвая. А я была слишком разгневана, чтобы заплакать.

— Смотри, – выдохнул Оскар. – Там… у нее на руке. – Тесный корсаж Клеопатры не имел рукавов. Мой взгляд скользнул на ее плечо. – Не сюда ли ее укусила змея?

Я на секунду подумала, что миссис Дайер, должно быть, подсунула в корзину настоящего гада, но потом узнала порез. Шрам в виде дубинки опять открылся.

Доктор Фауст связал себя с дьяволом, порезав руку. Лилит говорила о сделке, договоре с Мельпоменой.

— Лилит, очнись!

Среди смявшихся юбок я увидела ненавистные часы, по-прежнему пристегнутые к ее талии. Еще никогда я не питала к предмету такой ненависти, какую можно испытывать к живому человеку. То были не просто часы. То было… зло. Нечистое. Мы платили цену в одну человеческую жизнь за каждый великолепный спектакль, даваемый ими.

Инстинктивно, как начинают хлопать по спине подавившегося человека, я протянула руку, отцепила цепочку и спрятала часы себе в карман.

Лилит задергалась и, хватая ртом воздух, пришла в себя. Глаза ее были бешено выпучены.

— Ух! Спокойно. – Оскар протянул к ней руки. Это был успокаивающий жест, но выглядело это так, будто он старался закрыться от Лилит.

— Какая строчка? – спросила она. – Мне еще не пора на сцену?

— Ты уже была там, – пробормотал Оскар. – И была… великолепна. Лучшая роль.

— Ты чуть не умерла, – тут же выпалила я.

Но Лилит меня не слушала. Ее слух был обращен к публике, скандировавшей ее имя.

— Меня зовут на бис. – Опершись на мое плечо, она поднялась с пола и, волоча ноги, потащилась обратно на сцену.

Буря оваций. Теперь они звучали как‑то глухо. Мы с Оскаром потрясенно сидели на коленях.

— Как тебе это удалось? – удивленно спросил он. – С часами?..

Я уже чувствовала, как они прожигают дыру в моем кармане. У меня еще были свежи воспоминания о том, что произошло, когда их попытался забрать Сайлас.

— Послушай, нельзя говорить Лилит, что я взяла часы. Она ими одержима. Мне нужно забрать их ради ее же блага.

Оскар нахмурился, глядя мне через плечо.

— Она обрела свое редкое дарование после того, как шеф подарил ей эти часы.

— Она говорит, что часы обладают силой, – призналась я. – Что они связывают ее прямо с музой трагедии. Но, Оскар… это ведь плохо. Ты должен мне поверить. Это плохо для ее душевного состояния, и это несет в себе беду. Я не могу позволить ей оставить часы.

Оскар закусил губу.

— Но что ты собираешься с ними сделать?

Я прислушалась к возгласам и свисту, куда более восторженным, чем мне доводилось слышать раньше. Большинство были настоящими, но тут я вспомнила, кто заплатил за то, чтобы кричали еще громче, думая, что на сцене Джорджиана.