Книга Шесть дней в Бомбее, страница 86 – Алка Джоши

— Туше, девочка моя. Туше.

Тогда доктор посмотрел на меня чуть дольше обычного, и я почувствовала тепло его взгляда – с такой любовью отец мог бы смотреть на дочь. Всю жизнь мне этого недоставало. Веки стало жечь, и я отвела глаза.

А теперь он во всеуслышание объявляет, что с моей помощью его могут обчистить. Грудную клетку стиснуло от ярости, хоть виду я и не подала.

Пока капитан раздавал карты заново, доктор наклонился ко мне и, понизив голос, сказал, пристало глядя своими голубыми глазами:

— Точно как я вас учил, славная девушка!

Он сделал ставку. Пальцы у меня дрожали, ладони вспотели. Я вытерла их о фартук, испугавшись, что карты выскользнут из рук. На лбу тоже бисеринками собирался пот. Другие, видя, что я нервничаю, переглядывались и самодовольно усмехались.

Капитан бросил деньги в центр стола.

— Итак, вскоре мы узнаем, что произошло в Гинденбурге.

— Моя жена говорит, ее кузен чудом выжил, – сказал джентльмен со шрамом на левой щеке. – Какая катастрофа!

Он положил на стол шиллинг.

— Даже коронации короля Георга не перетянуть на себя внимание. – Самый пузатый игрок бросил деньги в центр стола.

— Жаль, что я пропустил этот балаган. Кажется, на церемонию вся Англия съехалась, – заметил доктор Стоддард.

В первом раунде я проиграла. Во втором тоже. И все поглядывала на доктора, проверяя, нервничает ли он так же, как я. Зря все же он не сказал заранее, что я сегодня буду играть за него. Мужчины, что собрались за столом, знали, что делают. Они умели выигрывать. А я была новичком. И постоянно вспоминала, как подвела Миру и маму, как потеряла работу… Перебирала все свои неудачные решения. По задней стороне шеи бежал пот.

— Сестра, будьте добры, принесите мне стакан воды, – нарушил мою тихую истерику голос доктора.

— Пускай он принесет. – Капитан указал пальцем на официанта.

Доктор негромко рассмеялся.

— Только сестра Фальстафф может налить мне воды по моему вкусу. Не слишком холодной, но и не слишком горячей.

— Конечно.

Я встала из-за стола. Разгладила складки на форме. Пошла к буфету налить воды из кувшина, а игроки начали обсуждать недавние выборы в провинциях Индии и спорить, справится ли Неру с должностью главы Индийского национального конгресса.

— Индия без нас ни за что не сможет руководить своим народом, – сказал капитан, пыхнув сигарой.

— Разве она не справлялась с этим, пока не появились мы? – удивленно заметил доктор.

— Доктор, если вы забыли, «над Британской империей никогда не заходит солнце», – нахмурился капитан. – Думаю, это всем известно.

Он огляделся в поисках поддержки. Пара игроков кивнули. Остальные делали вид, что изучают свои карты.

— Оно бы давно зашло, если бы Англия не использовала в своих войнах индийских солдат, – хмыкнул доктор.

Капитан, вспыхнув, уставился на доктора, тот же безмятежно улыбался ему в ответ.

— Однако мы не разговаривать о политике тут собрались. А перекинуться в картишки. Не так ли, приятель?

Я привалилась к буфету. Живот скрутило. Отдышавшись, я вернулась к столу со стаканом воды и протянула его доктору Стоддарду. Он взял мою руку в свои, и я замерла от неожиданности.

Доктор не мигая смотрел на меня своими совиными глазами. И негромко произнес:

— Как я вас учил.

И вдруг я снова это почувствовала. Тепло и одобрение, с которыми отец мог бы учить сына играть в крикет. Или показывать дочери идеальную подачу в теннисе.