Онлайн книга «Аккорды смерти в ля мажоре»
|
Ленуар подошёл к Мадлен. Что-то в разговоре с Кригом показалось ему странным, но он не мог понять, что именно. — Мадлен, нас приглашают на концерт. Пойдём занимать места. — Да? А может, лучше ещё погуляем? Обидно оставаться в зале, когда там такой вид… – сказала мечтательно девушка. – Что вам сообщил этот господин? Что он бросил Изольду ради новой певички? — Мы останемся здесь. Когда ты ещё попадёшь в театр на Эйфелевой башне, дорогая? Присаживайся. Криг сказал, что не он изменил Изольде, а она ему. А теперь давай молча послушаем музыку. Мадлен ничего не ответила, втянув в голову в плечи. Зрители заняли свои места. Пианист вышел под аплодисменты на сцену и скрылся за повёрнутый на тридцать градусов рояль. И вот на сцене появилась она, новая звезда Фабио Крига. Аннабель Норин, казалось, не шла, а плыла по небосклону. Её платье переливалось золотой нитью в лучах современного электрического прожектора, а волосы украшала диадема от Cartier в египетском стиле. Заиграли первые ноты, и голос Аннабель Норин взмыл под самый потолок театра поставленным сопрано. Зал дружно зааплодировал. Ленуар закрыл глаза, сказав себе, что раз музыка лечит, то он воспользуется её терапевтическими свойствами. Однако единения чувств и мыслей не случилось. Ленуар слушал музыку, но его сердце продолжало биться равномерно. Он открыл глаза. Почему же так происходит? Аннабель двигалась по сцене, но каждый её жест, каждая вибрация голоса были просчитаны настолько, что она казалась куклой-автоматом, играющим на механическом пианино. Неужели это и есть новая звезда? Ленуар скрестил на груди руки и огляделся по сторонам. Кто-то таращился в просвет на серое небо, кто-то листал программку… Но после первого номера зрители оглушительно захлопали в ладоши и, умело имитируя истерическое исступление, заорали: «Бис!» Музыкальный критик, которого Криг посадил в первый ряд, недоуменно огляделся и, чуть помедлив, тоже присоединился к овациям. То же самое повторилось и после второй части концертной программы. Что это: новая мода и погоня за последним веянием в музыке? — Мадлен, публика куплена. И если мы останемся здесь ещё хотя бы полчаса, то в конце концов тоже начнём аплодировать этому искусству. Мадлен? Мадлен! Ленуар повернулся к девушке, и по его спине пробежал холодок. Мадлен крепко зажимала уши и раскачивалась из стороны в сторону. Её глаза уставились в одну точку перед собой, а губы крепко сжимались. — Что с тобой? – Ленуар коснулся плеча своей спутницы, но она продолжала раскачиваться. – Мадлен! Мадлен, давай выйдем на воздух, прошу, обопрись на меня. Тебе плохо? Мадлен повернулась к Ленуару и с ужасом посмотрела ему в глаза. — Здесь слишком много шума, – прошептала она. Тем временем музыкант на сцене ещё сильнее ударил по клавишам, певица подхватила аккорд, и Мадлен задрожала. Ленуар схватил её за руку, обнял за плечи и с силой заставил подняться и выйти с ним из зала. На площадке перед театром дул сильный ветер. Ленуар снял свой пиджак и накинул на плечи Мадлен. Она разжала руки и захлопала глазами. — Простите! Простите, господин Ленуар! Я не хотела… — Если бы я знал, что у тебя может случиться такой приступ, то отправился бы на Эйфелеву башню один. Ты увидела призрака? — Нет, я просто… |