Книга Опекун. Мой SEX-доктор, страница 14 – Полина Нуар

— Был парень, — признаюсь наконец. — В прошлом году. Мы встречались пару месяцев. Но до конца… не дошло.

— Почему?

— Я не была готова. А он торопил. В итоге мы расстались.

Марк кивает. В его глазах что-то меняется. Становится еще темнее, еще глубже.

— То есть ты… — он делает паузу, — почти неопытная?

— Можно и так сказать, — шепчу я.

Он смотрит долго. Очень долго. Потом медленно улыбается. Не той улыбкой, которой улыбается маме. Другой. Хищной. Голодной.

— Это многое объясняет, — говорит тихо.

— Что именно?

— Почему ты так остро реагируешь на мои прикосновения. Почему дрожишь, когда я рядом. Почему в душе ты была… такой чувствительной.

Я краснею еще сильнее, если это вообще возможно.

— Ты даже не представляешь, Люба, как это заводит, — шепчет он, подаваясь вперед. — Знать, что у тебя почти никого не было. Что я буду первым, кто попробует тебя на вкус по-настоящему.

— Марк, не надо…

— Не надо что? — он наклоняет голову. — Говорить правду? Что я хочу тебя так, что ночами не сплю? Что мысль о том, что мой язык будет там, где никто не казался, сводит с ума?

Я задерживаю дыхание. Сердце колотится где-то в горле.

— Ты даже не представляешь, — повторяет он, — как я буду с тобой осторожен. Как буду учить тебя всему. Медленно. Нежно. Чтобы ты запомнила это на всю жизнь.

— Марк, мама сейчас вернется…

— Знаю, — кивает он. — Поэтому только говорю. Но запомни, Люба. Когда это случится — а это случится, я сделаю все, чтобы ты чувствовала себя самой желанной девушкой на свете.

Из ванной доносится шум воды. Мама скоро выйдет.

Марк откидывается на спинку стула, снова берет телефон. Спокойный, невозмутимый. Как будто ничего не было.

А у меня трясутся руки.

Он первый, кто узнал. Первый, кому я сказала. И он хочет быть первым во всем.

Я смотрю на него и понимаю: я пропала. Совсем.

* * *

Утром субботы мама суетится, красивая, нарядная, в новом платье.

— Люба, мы с Марком уезжаем на выходные, — щебечет она, укладывая сумку. — В домик на Истре, представляешь? Он сюрприз сделал.

— Круто, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Ты справишься одна? Еда в холодильнике. Я скину тебе деньги на карточку. Сходи в кино, с подружками погуляй.

— Справлюсь, — бурчу.

Мама подходит, обнимает меня.

— Только прошу тебя, — шепчет она. — Будь поаккуратнее с тренировками. Не перегружайся. Я волнуюсь.

— Все хорошо, мам.

— Я люблю тебя.

— Я тоже.

Она уходит. Через полчаса слышу, как приходит Марк. Они говорят о чем-то в прихожей. Потом дверь хлопает.

Тишина.

Я выдыхаю. Наконец-то можно расслабиться. Два дня без него, без мамы, без этого безумного напряжения.

Я иду на кухню, наливаю чай, сажусь с ногами на диван. Листаю ленту в телефоне. Обычный вечер обычного человека.

В девять вечера звонок в дверь.

Я вздрагиваю. Кто это может быть? Мама с Марком уехали, а я просто отдыхаю…

Подхожу к двери, смотрю в глазок.

Сердце падает в пятки, потом взлетает куда-то в горло.

На лестничной клетке стоит Марк.

Один.

Я открываю. Потому что не открыть не могу. Потому что ноги сами несут.

— Ты чего? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Вы же уехали.

— Я уехал, — спокойно отвечает он. — А потом вернулся.

— Зачем?

Он смотрит на меня. В прихожей полутемно, свет только из кухни, но я вижу его глаза. Темные, глубокие, смотрят прямо в душу.