Книга Звериная страсть, страница 125 – Лисавета Челищева

— Что ты здесь забыла? — прорычал Моран, глядя на меня с откровенной неприязнью, которая ощущалась на ощупь.

Я ответила на его взгляд насмешливой улыбкой.

— О, в самом деле? Ты совсем не догадываешься? — притворно безобидно ответила я, подходя ближе.

— Секс предложить хочешь? — проворчал он после короткой паузы, и в уголках его губ дрогнула хладнокровная усмешка. Но, прежде чем я успела ответить, он отстраненно добавил: — Ты не в моем вкусе.

Как только он отошел, чтобы обернуть полотенце вокруг бедер, я без стыда и колебаний проводила его взглядом. Каждое его движение было выверенным и уверенным — в нем чувствовался неоспоримый магнетизм, который будил что-то глубоко внутри меня — необузданное желание, которое невозможно было игнорировать даже упырю, таившемуся внутри.

— …Ты тоже не в моем вкусе, — жестко возразила я.

Моран снова хмыкнул, звук был низким и издевательским.

— Тогда почему при виде моего члена у тебя во рту все пересохло? — беспечно вопросил он, повернувшись ко мне лицом.

Даже упырь внутри меня затих от такого дерзкого высказывания.

С нарочитой медлительностью я потянулась к шелковому платью, которое прилегало к моему телу. Пальцы скользнули по тонкой ткани, и я начала развязывать его завязки на груди.

Стоять перед ним без верха оказалось волнующе приятно.

— Последнее мое предупреждение, волчок, — шепнула я, указывая на метку между моих грудей. — Сними с меня это. Иначе… Сильно пожалеешь.

— Определенно не в моем вкусе, — неодобрительно заключил Моран, окинув меня острым взглядом.

Я дотянулась до кувшина с красным вином, стоявшего на маленьком столике неподалеку. Не сводя с него глаз, сделала глоток.

И без малейшего промедления выплеснула жидкость ему в лицо. Круто повернувшись на каблуках, я с чувством удовлетворения бросилась прочь от него.

Приблизившись к гардеробной комнате, которую мне предоставил Моран, я заглянула в ее резные двери.

Коготки мои цеплялись за тончайшие ткани и драгоценности, красовавшиеся на высоких деревянных стеллажах. Я выбрала платье — великолепное черно-белое бархатное изделие, облегающее меня, как объятия любовника, и подчеркивающее мою грудь самым привлекательным образом.

С мелодичным смехом, сорвавшимся с моих губ, я погрузилась в одеяние. Покрутившись перед зеркалом, я проследила, какими волнами развевается подол вокруг моих ступней. Отныне я была не просто девицей, заплутавшей во тьме — я стала настоящей царицей, облаченной в свои прекраснейшие наряды. Украшения переливались на свету, когда я закружилась в танце: бриллианты сверкали, аки звездочки, на фоне моих русых волос.

Я самозабвенно сошла по парадной лестнице в зал. Мягкий шелест бархата следовал за мной по пятам.

Обеденный зал переливался золотистыми украшениями, похожие на застрявший в стеклянных ловушках солнечный свет. Кто-то украсил зал этой ночью… Зачем-то.

Вдруг что-то прохладное опустилось мне на шею. Приглядевшись, я увидела изумительный хрустальный камушек, подвешенный на тонкой цепочке. Он затягивал меня в свои чарующие глубины, отбрасывая зеркальные блики.

— Надеюсь, тебе по нраву, — донесся до моего уха шепот Агния.

Развернувшись, заметила, что он стоит за моей спиной, и выражение его лица — нежное и озорное. Рядом с ним с опущенными глазами стоял Кирилл, на подносе он держал пышный многоярусный кулич, унизанный горящими свечами.