Книга Звериная страсть, страница 126 – Лисавета Челищева

Неожиданно на вершине парадной лестницы возник Моран, который неспешно захлопал в ладоши. Он начал спускаться, его присутствие привлекало внимание, пока он подходил к нам.

Взмах руки, и он крепко притянул меня за талию, прижимая к себе. Моран подвел меня к щедро накрытому столу, уставленному множеством восхитительных яств, каждое из которых было еще более аппетитным, чем предыдущее.

— Мой подарок ты получишь позже, — заговорщически прошептал он мне на ухо, прежде чем занять свое место во главе стола.

Как только остальные расселись за столом, в комнате воцарилась тишина. Слышно было только, как столовые приборы тихонько позвякивают о фарфоровые тарелки.

Мы трапезничали обильными кушаньями: сочным мясом, глазированным в медовых приправах, и ароматными тушеными овощами. Каждый кусочек я смаковала не спеша, вкусы расплывались на языке.

— Как вы узнали, что сегодня День моего Ангела? — вопрошаю я, делая глоток вина: насыщенная багровая жидкость кружится в моем бокале, и на мгновение я завороженно любуюсь ее цветом.

Тлеющий свет подсвечника ласкает лицо Агния, подчеркивая его загадочную улыбку.

— Просто мы слишком долго тебя уже знаем, Шура, — таинственно сообщает он.

На другом конце стола Кирилл беспокойно отодвигается от стола, его пальцы судорожно сжимаются на раме, когда он протягивает мне свою новую работу — мрачное черно-серое панно с переплетенными в бреду человеческими фигурами.

— Не нравится она мне, — бормочет он и с размаху отправляет картину в пылающий камин, где пламя жадно вгрызается в ее края.

Едкий запах жженого полотна разливается в воздухе: парень стремглав выбегает из столовой, оставляя за собой напряженную тишину.

— Вот идиотина!

Разражается Юргис заливистым хохотом — звук эхом отскакивает от стен.

Тут вдруг рыжий волколак срывается со своего места и направляется ко мне навстречу с букетом темно-красных роз — их шелковистые лепестки ярко выделяются на общем фоне.

Я хмурюсь от осознания того, что именно Юргис каждое утро клал у моей постели одинокие алые розы. Это он проникал в мои покои и наблюдал за мной, пока я спала.

Сжимая букет в руках, я ощущаю, как острые шипы вонзаются в мои ладони.

В это время к моим коленям под столом прикасается чья-то рука. Я замираю и незаметно откидываю скатерть, обнаруживая Рати, положившего голову мне на колени. Его сонные прищуренные глаза встречаются с моими в немой мольбе, заставляя мое сердце трепетать.

— Ш-ш-ш… Еще чуть-чуть, — тихо шепчет он, посылая мурашки по моему телу. Он наклоняется ближе и легонько прикусывает внутреннюю сторону моего бедра. С моих губ срывается сдавленный всхлип и все взгляды удивленно обращаются ко мне.

Чтобы прийти в себя, я отпиваю большой глоток вина — насыщенный вкус лишь разжигает вурдалачий аппетит под моей кожей.

Я теснее придвигаюсь к Рати, влекомая неведомой силой, в то время как Юргис отпускает колкие шутки о том, что Моран чересчур уж со мной любезен — слова с темным подтекстом, которые нагнетают и без того напряженную обстановку за столом.

Агний резко поднимается со своего места, не в силах больше мириться с их балаганом. После его ухода в зале надолго поселяется гнетущая тишина.

Я изо всех сил стараюсь сдерживать стоны, пока язык Рати поглаживает мою чувствительную кожу, а мои пальцы под столом оттягивают его волосы. Если это его подарок мне, то он определенно превзошел всех присутствующих.