Книга Последний поцелуй жнеца, страница 119 – Лисавета Челищева

— Я не хочу тебя больше видеть, жнец!.. Ты должен оставить меня в покое! — хрипло всхлипываю я.

— А если у меня такого желания нет?

— Прошу… Просто оставь меня одну.

Он почти со злостью роняет какой-то роман на стол, его раздражение очевидно.

— Оставить тебя? Если так, то может напоследок… — он смахивает прядь волос со своего лба, удобнее устраиваясь на столе. — …Ты почувствуешь меня?

Его пальцы проводят по краю воротника, медленно расстегивая верхние пуговицы блузки.

Я слежу за каждым его движением, не в силах оторвать взгляд.

— Может… здесь? — шепчет он, его пальцы отодвигают край блузки, а затем медленно опускаются к поясу.

Он делает намеренную паузу: его ладонь скользит от низа живота, дальше по бедру, специально огибая то, что находится ниже пояса. То, что он до сих пор прекрасно контролирует от возбуждения.

Эскар ухмыляется при виде моей хмурости, прекрасно понимая, как действует на меня.

— Это просто, поверь. Просто подойди и делай со мной все, что пожелаешь. Как всегда, делаю я с тобой.

Я была околдована, меня тянуло к нему, как пламя свечи к мотыльку.

Словно в трансе, я приближаюсь к жнецу. Он откидывается назад, наблюдая за мной сквозь полузакрытые веки. Его черные локоны соскальзывают назад с обнаженного плеча, подчеркивая его расслабленность. Я изучаю его черты, вникая в каждую деталь, в каждый совершенный контур.

Еще один шаг, и я оказываюсь вплотную к нему. Протягиваю руку, кончиками пальцев желая коснуться его груди. В этот момент все казалось искренним, даже священным.

Эскар, почувствовав мою нерешимость, положил руки мне на плечи и мягко притянул к себе. Дыхание с нотками табака обжигает мою щеку. Его рука обхватывает мои пальцы и ведет их себе под рубашку, направляя вверх по торсу.

— Чувствуешь, как бьется мое сердце? — спрашивает он, накрывая мою ладонь своей.

— …Да.

Интенсивность момента была непреодолимой, а наша связь — неоспоримой. Он делает паузу, его пальцы нежно обхватывают мой подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом.

— Оно бьется не для тебя, баронесса. И мы оба прекрасно это осознаем. Правда же?

Его безжизненный взгляд перемещается с моей вздымающейся груди, на шею, и наконец находит мое лицо.

— Какие жестокие, но правдивые слова… Тамасви, — прошипев это, я отворачиваю лицо от его рук.

— Реальность жестока, — Эскар прикусывает щеку, в глазах пляшет лукавство. Он склоняет голову, изучая мое выражение лица. — Боже, как же ты чертовски очаровательна, когда злишься!

Внезапно раздаётся громкий стук в дверь, разрушающий нашу хрупкую близость.

Я вздрагиваю и инстинктивно спешу к кровати, ныряя под одеяло — вдогонку слышу его звонкий смех и шаги к двери.

— Прошу прощения, любезный господин, за вторжение в столь поздний час. Моя госпожа желает осведомиться о самочувствии своей племянницы, — послышался голос служанки Тимадры.

— О, баронесса жива и здорова, уверяю вас, и язык у нее острый, как никогда! — с восторгом хохотнул жнец.

Служанка неловко кашлянула, явно ошеломленная такой речью.

— Очень хорошо, благодарю, господин Мортес… Могу я поинтересоваться, не желает ли леди Сандрина подкрепиться или выпить чего-нибудь? — заикнулась она с беспокойством, оглядывая темноту в поисках моего присутствия.

— Да, кофе было бы очень кстати! Спасибо, Лана, — я прочищаю горло, выглядывая из тени балдахинов.