Книга Последний поцелуй жнеца, страница 132 – Лисавета Челищева

— Вы желаете подышать свежим воздухом на террасе? — спрашивает он, дотрагиваясь до моих пальцев у него на локте.

С едва заметной улыбкой я сообщаю, что открыла для себя захватывающий вид на город и хотела бы разделить его с ним.

Звук наших шагов смешивается с тихим шепотом беседующих, когда мы пробираемся через дымку табака и ряды столиков, стараясь не помешать уединенной обстановке. И все же в глубине души я надеялась, что жнец сейчас наблюдает за нами — в частности, за тем, как чуткие руки Базиля ведут меня по парадной лестнице, ведущей на верхний ярус балкона с панорамным видом на ночной Дэсмур. Стеклянные перила этого яруса делали пейзаж ещё более открытым и захватывающим.

Мы подошли вплотную к краю, молча впитывая темную красоту, лежащую у наших ног. Башня Молчания сияла в великолепии: ее желтые молнии на вечно стоящих часах вызывающе мерцали на фоне ночного неба. Именно в ее стенах правительственные чиновники искали уединения и тишины во время работы, погружаясь в ее вечную тишину. Слева от башни Молчания располагалось Министерство порядка Ордена Дахмы — дитя архитектуры эпохи Возрождения в ее мрачной элегантности. На центральной площади Забвения возвышалась черная базилика Совета Восьми, золотые колоннады которой свидетельствовали о могуществе, которым она обладала.

Ночной воздух, хрустящий и прохладный, обдавал нас, и я не могла не продрогнуть от холода. Базиль, как бдительный джентльмен, сразу заметил мой дискомфорт и поспешно снял с себя пиджак. С нежностью, невиданной в светских рядах, он накинул его мне на плечи. Мгновенное тепло от его одеяния сгорело мое тело и сердце, а его пьянящие духи черной ванили и кардамона пленили мои чувства.

— Вы восхитительно пахнете, Базиль, — невольно прошептала я. Это наблюдение сорвалось с моих губ прежде, чем разум успел его сдержать.

Мужчина на мгновение замирает, но уже вскоре его мелодичный смех разливается по воздуху.

— Благодарю, леди Сандрина! Должен заметить — Вы тоже.

Напряжение в моих плечах растворяется, и я не могу устоять перед его соблазнительной улыбкой.

Наш разговор начался о том, что было перед глазами — о Дэсмуре, а именно, о его политике. Заинтригованный моими познаниями в этой области, аристократ не мог не выразить неподдельного удивления.

— Мисс, но откуда у вас такое глубокое понимание политики? Я полагал, Домом Лорелей в Ордене управляет Ваш дядя?

— Годы, проведенные в уединении, позволили мне углубиться в дела нашего графства.

Интерес Базиля еще больше возрос, и уголки его губ дрогнули в намеке на улыбку.

— Бремя одиночества часто таит в себе скрытые сокровища. Не находите? — задумчиво проговорил он, пристально глядя на меня. — Но, позвольте Вас спросить, почему же такой пленительной леди, как Вы, понадобилось столько уединения?

Отвожу взгляд, на моих щеках появляется румянец, к счастью, маска все скрывает.

— Я вдова, господин Делакруа. Белая вдова.

Мы стоим в тишине, слышится лишь тихий шепот бриза и слабый смех, доносившийся с большой террасы внизу.

Базиль, не в силах больше продолжить паузу, прочистил горло и снял маску.

— Вот как… А я уже было испугался, что Вы, не ровен час, замужем за тем ревнивым безумцем. — он проговорил с придыханием, глядя на маску в руках.

Не сдержавшись, я подавляю нервный смешок, что придает ему некую уверенность фантазировать и дальше.