Книга Ненужная избранница дракона, страница 168 – Виолетта Вейл

Я не смотрела на Каэла.

Потому что уже знала: если посмотрю, увижу его желание встать между мной и завтрашним днем. И увижу, как он сам держит это желание на цепи, чтобы не превратить защиту в новую клетку.

— Лиара Велисс, — сказала королева.

Я подняла голову.

— Да.

— Завтра вы сами заявите о грязном серебре. Не Селена. Не я. Не Мирена. Вы.

Арвен сразу шагнул вперед:

— Ваше величество…

— Я знаю, лекарь. Но если это сделает кто-то другой, зал решит, что Велисс пытаются оправдаться чужими устами. Если Лиара сама признает ошибки рода, Эдмар потеряет право быть первым обвинителем.

Селена тихо сказала:

— Это опасно.

— Все, что не опасно, у нас уже закончилось.

Тавен поднял чашку:

— Хорошая фраза. Надо вышить на гербе Рейвендаров.

Каэл впервые за вечер почти улыбнулся.

Королева продолжила:

— Схема суда такая. Сначала я объявляю состав обвинений и подтверждаю явочную клятву Эдмара. Затем представляются доказательства первой лжи: брачная книга Эйры и Дарэна, подписи Эдмара и Кассандры, страница о ложной смерти Лиары, свидетельство Нижнего источника. После этого Эдмар почти наверняка ударит по Велисс через грязное серебро. Мы опередим его. Лиара признает, что Велисс не были безупречны, и заявляет новую формулу свидетельства.

Селена посмотрела на меня:

— Ты готова произнести ее?

Нет.

Конечно нет.

Как можно быть готовой к словам, которые могут стать будущим рода, доставшегося тебе через смерть другой девушки?

Но если ждать готовности, Эдмар получит время.

— Да, — сказала я.

Арвен закрыл глаза.

— Всегда это «да». Никогда «может, сначала поспим».

— Потом, — сказала я.

— Вы все так говорите.

Королева посмотрела на меня пристально.

— Повторите формулу.

Я сняла один виток повязки Аристы, не открывая полностью последнее отражение, только чтобы почувствовать медальон у груди и память Дома Без Зеркал. Слова еще не были законом, но уже имели вес.

— Я, Лиара Велисс, последняя хозяйка Дома Без Зеркал и носительница последнего отражения, признаю: правда не принадлежит Велисс как оружие и не может служить власти над чужой волей. Велисс ошибались, когда торговали свидетельством, молчали из выгоды или судили там, где должны были только показывать. Поэтому я не требую вернуть роду право решать за драконов, корону или источник. Я требую признать за Велисс право и обязанность свидетельствовать против ложных клятв, если эти клятвы угрожают живым, источнику или свободному выбору.

В комнате стало тихо.

Даже Тавен не пошутил.

Селена смотрела на меня так, будто видела не только меня, а Мариану, Аристу, прежнюю Лиару, всех тех, кто спорил, закрывал зеркала, умирал или молчал слишком долго.

Королева медленно кивнула.

— Достаточно сильно. Но добавьте ограничение.

— Какое?

— Кто будет следить за хранительницей, если она сама станет ложью?

Вот он. Вопрос, которого я боялась.

Потому что любая власть, даже власть видеть клятвы, становится опасной, если не имеет границы.

— Первое зеркало, — сказала Селена.

Королева покачала головой.

— Артефакты молчат слишком долго. Люди должны иметь право возразить.

Каэл наконец заговорил:

— Совет из трех свидетелей. Корона, источник и сам род Велисс.

— Род Велисс сейчас Лиара, — заметила королева.

— Не только. Дом Без Зеркал признал ее, но память Велисс осталась в доме, в книгах и в первом зеркале. Селена может быть временной свидетельницей от памяти рода, пока Лиара не сформирует новый круг хранителей.