Книга На той стороне, страница 46 – Елена Владимировна Добрынина

— И что теперь будете делать со шкатулкой, Татьяна Александровна? — Спросила Аня. Голос ее дрогнул.

— Дождемся Павла Андреевича. А он уже определит. — Решила графиня. Александр Сергеевич, как считаете, представляет ли эта вещица какую-либо ценность?

Гнездилов встал и подошел к графине. Наклонился над находкой, повертел ее в руках.

— Здесь есть герб, можно установить, кому он принадлежит. — Сказал он и учтиво поклонился графине. — Если Павел Андреевич решит установить принадлежность предмета, он может обратиться к вашему покорному слуге, ваше сиятельство.

Спасибо вам, Александр Сергеевич, поблагодарила Татьяна Александровна. — Дарья, отнесите находку в кабинет. И подавайте десерт.

— Слушаю-с! — Отчеканила экономка и, забрав шкатулку, ушла с ней прочь.

— Я, наверное, прилегла бы. С вашего позволения, Татьяна Александровна. — Попросилась Аня. Находиться здесь сейчас не было никаких сил.

— Конечно, конечно, дорогая Аннушка! — Разрешила графиня и позвала слугу. — Прохор!

— Как же можно остаться без десерта? — Оставил свой язвительный комментарий наблюдавший за ней Николай.

Аня выругалась про себя. Только его сейчас не хватало для полного счастья. Так сказал, словно это она — десерт и не она остается без куска пирога, а он лишается главного развлечения — ее общества.

— Сладкое вредит фигуре. — Парировала Аня и бросила на графа уничтожающий взгляд.

Когда Прошка оставил её одну в комнате, Аня дала волю слезам. Поддавшись чувствам уткнулась в высокие подушки и заревела. Когда она успела так расчувствоваться? Казалось бы, ну, подумаешь письмо и шкатулка, но сам факт того, что она не справилась, что подвела Порфирия Игоревича огорчал безмерно. Ещё и Николай со своими издевками, да и сыщик этот не просто так спрашивал про дядю. Усмехнулась сквозь слезы, дядя. Уже считает концертмейстера дядей. Порфирий Игоревич, нет все-таки Георгиевич, в начале XX века имя Игорь было не очень распространено, был бы ей отличным дядюшкой. Ну вот и как подвести его и Аську?

Усилием воли Аня решила заканчивать со слезами. Аккуратно добралась до зеркала у умывального столика и взглянула на своё изображение. Весёлого было мало: глаза красные, лицо припухшее, да и голова трещит.

Аня умылась из кувшинчика, стоявшего на краю столика. Стало чуть легче. Нельзя раскисать! Надо просто придумать план! У нее всё обязательно получится. В конце концов, папка всегда учил её искать плюсы даже в самой гадкой ситуации. Например, она бы могла не подвернуть ногу, уйти в портал и тогда бы они никогда не узнали, что трубочист достал шкатулку из ниши камина в тот же день. И миссия была бы провалена. А так у Ани ещё есть шанс спрятать шкатулку заново и вернувшись рассказать Порфирию и Асе, где она лежит.

От этих мыслей у девушки даже настроение улучшилось. Она осторожно дошла до кровати, стараясь по минимуму нагружать больную ногу, и решила думать, как исправить ситуацию. Мысли путались. Выход никак не находился. Аня вздохнула и решила немного отвлечься. В дверь постучали и вошла Наташа. Она была абсолютно счастлива.

— Ты не спишь, дорогая моя? — Спросила она.

— Нет, не спится. — Равнодушно ответила Аня. — Как десерт?

— Его никто не стал есть. После твоего ухода Николя и Александр Сергеевич отбыли на службу. Доктор побеседовал с маменькой и тоже уехал.