Книга На той стороне, страница 49 – Елена Владимировна Добрынина

— Вот он. Похож, по крайней мере. — Выдавила Аня из себя.

— Интересно, что же там внутри? — Задала Натали самый неприятный для Ани вопрос. — Как же она открывается?

Сердце отчаянно заколотилось. Нельзя чтобы кто-то увидел письмо преждевременно.

— Здесь хитрый замок, Наталья Павловна. — Ответил ей Гнездилов. — Чтобы его открыть, надобны будут специальные приспособления.

— Ах, как жаль, — сокрушалась Наталья, не забывая при этом улыбаться сыщику. — Придется ждать, пока шкатулку откроют.

— Павел Андреевич, в бумагах на дом должна быть геральдика Тереповых. — Обратился Гнездилов к графу. — Если сравнить оба герба, так можно точно убедиться, кому же он принадлежит.

— Замечательная идея, Александр Сергеевич. — Похвалил Гнездилова граф и сказал, уже обращаясь к сыну. — Николаша, сходи-ка за бумагами в кабинет.

Николай ушел и через несколько минут вернулся с кожаной папкой, в которой хранились самые важные документы семейства.

Сравнение показало, что гербы на документах и на шкатулке идентичны. Все принялись поздравлять Аню с фамильной находкой.

— Скорее всего историю появления сей вещицы в камине сможет припомнить ваш дядюшка, — пришел к выводу Граф Ильинский.

— Анна Алексеевна утверждает, что граф Терепов вернется в Петербург в будущем месяце, — добавил вдруг сыщик, даже не глядя на Аню.

— А посему будет повод заглянуть к нам на огонек и забрать шкатулку. — Завершила мысль графиня.

Павел Андреевич согласился с предложением Татьяны Александровны, посчитав его отличным вариантом повидаться с бывшими владельцами дома.

— Можно даже организовать небольшой вечер в честь такого события, — предложила Натали, до того смирно сидевшая в гостиной и лишь изредка бросавшая взгляды на Гнездилова. — В качестве гостей можно позвать всех участников, при ком шкатулка была обнаружена.

— Замечательная идея, Натали. — Закивала Татьяна Александровна.

На том и порешили.

Аня чувствовала, как шкатулка уплывает из рук. А всё этот дореволюционный мент, прости господи, ругалась Аня про себя. Не расскажи он про Порфирия, графине бы и в голову не пришло устраивать целый балаган из вручения серебряной шкатулки бывшему владельцу. А он, казалось, был прямо доволен собой. Даже Николай, который, чувствовалось, относился к Гнездилову с соперничеством, был совершенно им очарован.

Александру Сергеевичу предложили чаю, но он сказал, что не голоден и, собственно говоря, вообще явился за Николаем. Оказывается, они собирались на игру в карты к одному из сослуживцев. Но медлили и все не уезжали, проводя вечер в кругу домочадцев графа Ильинского.

Натали по просьбе Гнездилова сыграла на фортепиано отрывок из 38 сонаты Гайдна. Слушая жизнеутверждающую мелодию, Аня обдумывала свой план и как бы не было ей страшно и противно, все больше склонялась к мысли, что шкатулку нужно выкрасть. Но выкрасть не всю, а только забрать письмо из нее. И именно письмо спрятать в новом месте. Потому что, если Гнездилов догадается, как открывается шкатулка и достанет письмо, он поймет, что здесь что-то не так. Письмо предназначалось для потомков, а не для любопытного сыщика тайного отдела полиции.

Натали завершила играть и все зааплодировали.

— Наталья Павловна, ваше исполнение как всегда великолепно, — очаровательно улыбнулся Гнездилов и поцеловал ей ручку.