Книга Эмма Дженкинс, страница 100 – Елена Владимировна Добрынина

— Ага, так тебе все и рассказали.

— Я тоже слышал что-то такое. Мол, у них в крупных городах везде свои люди. Маги, понятное дело. Простому народу это все без надобности. Эй, Моррис, хочешь опять империю с магами во главе?

— Я что, дурной? Кто этого захочет? Разве что мист Клэмпси, демоны его сожри, он и так за любую провинность готов задницу… Простите, мисси, пятки поджечь.

— Не к столу, а?

Через некоторое время наша компания приросла несколькими развеселыми девушками. Теми самыми, фабричными. Не особенно стесняясь, они занимали места впритирку к парням и оживленно болтали с ними и между собой. Откуда-то сразу взялась потертая, но звонкая гитара, и парень, сидящий недалеко от меня, принялся ее мучить. Менялись кружки и блюда, девицы хихикали, гитару передавали по кругу. Я же сосредоточенно расстреливала глазами пышную дамочку, так и жмущуюся к Диксону. А он, похоже, и не был против.

Я с досады одним махом проглотила остывший напиток, поперхнулась и поняла, что есть больше совершенно не хочу, поэтому просто глазела по сторонам. Гитара в очередной раз сменила музыканта, но, вопреки моим ожиданиям, им стал не Диксон, мило беседующий с противной девицей, а кто-то из приятелей. Ну нет. Я поняла, что оскорблена в лучших сестринских чувствах.

Я выхватила массивную кружку из-под носа соседа и грохнула ею по столу, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание. И привлекла!

— Эрик! – вскочила я на ноги. – Ты почему не играешь?

И прежде чем «братец» смог ответить, крикнула его соседу:

— А ну верни ему гитару!

— Да он все равно опять откажется! – пожал плечами тот.

— Ну пожалуйста, – попробовала я попросить менталиста по-хорошему.

— Только после тебя, – наконец произнес Диксон. Нехорошо произнес, тяжело.

— Я играть не умею, – расстроилась я. – Только танцевать.

Народ одобрительно зашумел.

— На столе, – повысил ставки упрямый баран, явно надеясь, что я струшу.

— Тогда две песни, – не спасовала я. И тут же, пока Диксон не передумал, крикнула: – Все слышали? Я танцую, а потом Эрик нам сыграет. Дважды!

Вопли и улюлюканье возвестили о том, что вызов принят. Диксон быстро оглянулся по сторонам, словно искал, чем бы меня пристукнуть.

Пока подавальщики быстро убирали со столов лишнюю посуду, я раздумывала, что бы станцевать и не слишком опозориться при этом. Элегантность тут не нужна, а вот залихватский пиратский номер вполне подойдет. Не зря мы когда-то разучивали его вместе с Лиззи для домашнего представления.

Сидящие по соседству парни помогли мне взобраться на стол. Раздались жидкие хлопки и свист. Я набрала побольше воздуха в грудь и хриплым низким голосом завела:

На каждое «хей-хо» я топала ногой, скакала по столу, словно по палубе в качку и изображала незадачливого героя песни – пирата, решившего хитростью заполучить сокровище.

И лишь когда я смиренно, как молельщик на похоронах, пропела последние слова, то осмелилась взглянуть на Диксона.