Книга Эмма Дженкинс, страница 154 – Елена Владимировна Добрынина

— Давайте. И паниковать, и, может, даже буянить, но уже завтра. Сейчас кому-то пора спать. Пойдем, воробушек?

— Да, да, – закивала я, закрыв глаза, – конечно, пойдем. Сейчас… только посижу тут немного, самую чуточку. И пойдем…

Сквозь сон я чувствовала, как меня, пересмеиваясь, подхватывают на руки, и крепко вцепилась в свою теплую уютную переноску. А когда очутилась в показавшейся неожиданно холодной кровати, протестующе захныкала.

— Спи, чудо, – донеслось издалека, и меня окутало мягкое одеяло.

Утро нового дня принесло ощущение некоторой неловкости. И от того, что уснула в гостиной при всех, и от того, что спала в платье. А когда я вспомнила, чем придется сегодня заниматься, желание выползать из-под одеяла и вовсе пропало. Я малодушно валялась бы в тепле и неге еще и еще, но в памяти всплыл мист Грей, невозмутимо перечисляющий возможные методы моего обучения, и я быстренько пошла приводить себя в порядок.

Спустившись, я обнаружила на столе свой завтрак, заботливо накрытый прозрачной крышкой с термоартефактом. Экономку и помощниц по хозяйству я не нашла. Зато в саду быстро отыскался Ноэль, раздобывший мяч для хендбола. Мальчишка мне обрадовался, увязался хвостиком и, пока я завтракала, докладывал мне обо всем, что сам знал.

Джеймс на несколько дней отпустил мистресс Хоксли и помощниц, только кухарка будет приходить по утрам и готовить еду на весь день. Сам хозяин дома с менталистом вместе отбыли в мастерскую, но должны вернуться еще до обеда. Меня они будить запретили строго-настрого, зато выдали Ноэлю дополнительную порцию пирога со взбитыми сливками. Дальше следовал рассказ о том, как меня вчера укладывали спать, но его я слушать не пожелала: мне и так было неловко. Зато с удовольствием скоротала время до возвращения Эверта, играя в мяч с рыжиком.

В саду стояла такая солнечная, летняя уже погода, что совершенно не хотелось думать о плохом. Почему, когда все хорошо, не замечаешь таких простых, но важных вещей: дуновения теплого ветерка на щеке, приятной прохлады шелкового платья, красоты природы вокруг? Почему не испытываешь радости от того, что просто двигаешься, живешь, дышишь? Вдруг подумалось, что времени у меня, возможно, не так уж и много. Спокойно подумалось, отстраненно.

Запыхавшиеся и раскрасневшиеся от беготни, мы радостными возгласами встретили вошедшего в сад менталиста. Ноэль недолго думая кинул ему мяч.

— Как у вас весело! – тот ловко принял подачу. – Ну что, готовы?

Я кивнула. Время для игр закончилось. Пришло время для серьезной работы.

Мы расположились прямо в гостиной. Меня устроили на диване, и я возлежала на подушках, словно принцесса из сказки. Эверт придвинул к дивану кресло и обосновался в нем. Ноэль, наоборот, выбрал кресло подальше (чтобы и не мешать, и все видеть) и забрался в него с ногами.

— Так, воробушек. Помочь тебе вызвать нужное воспоминание я могу, это не трудно. Сложность в том, что я не сумею сделать это, пока ты настроена на какую-либо магию. Это все равно что ты щит свой поставишь: к тебе не пробьюсь, а вместо этого сам получу водный привет, ну или ледяной, как мне повезет. Поэтому придется действовать в обратном порядке: я погружаю тебя в воспоминание, а ты уже изнутри настраиваешься на нужную ось. Это сложнее. Но попытаться стоит. Скажи, когда будешь готова, хорошо? – Диксон говорил и одновременно не спеша закатывал рукава светло-голубой рубашки, и его спокойствие передавалось мне.