Книга Эмма Дженкинс, страница 170 – Елена Владимировна Добрынина

Бабули и Холста я пока нигде не заметила. И демоны с ними, пусть бы вовсе не пришли. Эверта я тоже нигде не заметила, хотя смотрела вокруг так пристально, что Дон легонько толкнул меня плечом:

— Кого это ты там так выглядываешь, мышка, тебе что, меня недостаточно?

Пришлось срочно хихикать, жеманничать, заодно уверяя, что его мне вполне достаточно, можно бы даже и поменьше.

На сцену тем временем вышел местный женский хор и так лихо грянул любимую многими народную песню, что публика пошла в пляс. Звук, усиленный магией воздуха, заполнял все пространство площади. Пару раз я замечала, как Имельда, словно случайно, отходила в сторону и обменивалась парой слов с каким-то незнакомым типом. После этого она кивала головой словно в такт музыке и возвращалась к нам с Доном.

Когда хор затянул третью или четвертую песню, к нам протиснулись Бобби и мистресс Смит. Бабуля нарядилась в желто-красные цвета «быков» и рьяно раздвигала толпу, орудуя сумочкой. Бобби в этот раз выглядел побитым жизнью и выпивкой жалким мужичонкой, которого пожилая матушка притащила с собой. Он постоянно извинялся, втягивал голову в плечи и отыгрывал свою роль просто блестяще.

Я пританцовывала для вида (и заодно чтобы скинуть излишнее нервное напряжение) и все скользила взглядом по лицам в толпе в надежде отыскать одного голубоглазого менталиста. И когда уже начала всерьез волноваться, почувствовала, как кто-то врезался в меня сзади.

— Звиняйте, дамочка, мильпардон, – раздался за плечом такой знакомый голос. Я резко развернулась, чтобы увидеть перед собой крепкого мужчину в коричневом костюме рабочего с пухлыми, как у малыша, щеками и рыжеватыми усами. От него явственно разило дешевой выпивкой. И только глаза эти я бы узнала где угодно.

— Эй, ты, баран, смотри куда прешь, – бросился на мою защиту Дон.

— Дык это, я ж без умысла. Демоны попутали, – забормотал Эверт. – Звиняйте еще раз, – и он с виду неуклюже, а на деле достаточно осторожно потрепал меня по плечу.

— Знаем мы этих демонов, – послышалось из толпы, – в бутылках живут, так ими и тащит на всю округу.

— Так того… праздник же, – поскреб в затылке «трудяга» и, к ужасу моему, направился прямо к стоящим в оцеплении боевикам.

— Слышь, служивые… Не пропустите? Опаздываю малехо, пока все это обходить… Пропуск у меня туточки, вы не думайте, – он достал из-за пазухи бумагу с радужными разводами магической печати, – и карточка моя тут, все честь честью.

— К начальству вон туда подойди, – один из боевиков глянул мельком на протянутую бумагу, – может, и пропустит.

— Ага, понял, премного благодарен, – Эверт, взглянув на меня на прощание, начал пробираться куда ему показали, я же молилась Источнику и всем демонам попеременно, чтобы у него все получилось.

Чтобы отвлечься и не смотреть ему вслед, я снова принялась пританцовывать. На сцену вышел оркестр, потом акробатки, и тут даже я засмотрелась на их головокружительные номера. Ровно до того момента, когда заметила в толпе, совсем рядом с Холстом, подозрительно знакомую черноглазую девчонку. А не с ней ли мы ходили воровать амулет с личиной, тот самый, что сейчас у нее, как пить дать, на шее болтается? С ней, демонов мне в печень. И зовут ее Ноэль. Словно подтверждая это, негодник мне еще и подмигнул. Что он вообще тут делает? Зачем Диксон его сюда притащил? Хоть бы Эверт скорее вернулся. Но его не было.