Книга Эмма Дженкинс, страница 185 – Елена Владимировна Добрынина

— Да уж, компания действительно разношерстная, – согласился Джеймс. – И не пора ли большей ее части отправляться спать? Как я понимаю, с завтрашнего дня нам предстоит весьма утомительное время.

Пусть с неохотой, но пришлось признать правоту артефактора. К тому же у меня оставалось еще одно незавершенное дело.

В дверь Эверта я постучалась украдкой, оглядываясь по сторонам, словно злоумышленник, и как только менталист ее открыл, мышкой прошмыгнула в его комнату и сама бесшумно ее захлопнула за своей спиной.

Под явно заинтересованным моими действиями взглядом я слегка стушевалась, но дело было прежде всего.

— Я уснуть не смогу, если не сделаю этого, – объявила, пока решимость меня не покинула. – Можешь смеяться, но для меня это важно.

Вынула из кармана всю ту же злосчастную коробочку с так и не подаренным галстуком, но вручать ее не спешила.

— Твой подарок давно уже путешествовал со мной по городам и весям. И пусть я так и не знаю дня твоего появления на свет, это не важно. Важно, чтобы я, наконец, тебе его отдала. Вот…

Я чуть быстрее необходимого подошла, практически впихнула в руку странно смотрящего на меня молодого мага коробочку, неловко, поднявшись на цыпочки, чмокнула его в щеку и сразу, смутившись, отпрянула. Эверт же так и продолжил стоять, не отрывая от меня нечитаемого взгляда.

— Ну, ты будешь смотреть? – слегка потрясла я его за руку.

— Конечно, – отмер тот и, открыв крышку, извлек на свет красивый, безупречно подходящий к его цвету глаз галстук. Я в очередной раз порадовалась, что так точно угадала с оттенком, а когда взглянула в лицо менталиста, меня ждал сюрприз. Тот, прислонив сложенные в кулак пальцы к губам, смотрел на меня такими жалостливыми глазами, что даже сомнений никаких не возникло: он отчаянно пытается не расхохотаться.

— Что-то не так? – спросила обеспокоенно. – Тебе не нравится?

— Нравится, воробушек… ну, конечно, нравится, – меня сноровисто сгребли в объятия, – просто я у тебя довольно испорченный тип, и при виде шелковых галстуков, подаренных красивыми девушками, мысли в мою голову приходят не самые пристойные.

— Да? А что может быть непристойного в галстуке? – удивилась я. Действительно, галстук, он галстук и есть. На шее завязать, ну там или на поясе в крайнем случае.

— Потом расскажу, – шепнули мне на ухо, и от этого шепота по спине побежали мурашки.

Мы так и стояли еще какое-то время, а потом Эверт неожиданно произнес: «Вчера».

— Что «вчера»? – я чуть отстранилась и с любопытством уставилась на него.

— Мой день появления на свет был вчера, так что ты почти угадала.

Я нахмурилась. Где-то я уже такое слышала.

— На этот раз я серьезно, – правильно понял он мое недовольство.

— Почему ты ничего не сказал?

— Во-первых, нам всем было немного не до того, а во‐вторых, я и так получил такой подарок, что требовать чего-то еще – просто кощунство, – улыбнулся менталист. – А сейчас одному сонному воробышку пора спать, что-то он подозрительно медленно моргает…

И меня проводили до двери моей комнаты, где я сразу же забралась под одеяло и спала сладко, спокойно и, слава Источнику, безо всяких сновидений.

* * *

Лестер не соврал и даже не преувеличил: следующая пара недель растянулась одним тягомотным, бесконечным в своих повторениях периодом. Мне пришлось раз двадцать объяснять одно и то же, давать показания, рассказывать о своей жизни чуть ли не с младенческих лет, отвечать на постоянно повторяющиеся – то в одном варианте, то в другом – вопросы, давать объяснения о своих способностях и, конечно, бесконечное число раз их демонстрировать. А также подвергаться постоянному исследованию ауры – и в спокойном состоянии, и во время использования дара, и много, много чего еще.