Книга Ло. Подарок для принцессы, страница 86 – Лолита Моро

— Я запомню, лапушка.

Он не остался в долгу. Опустился в санки, тщательно подоткнув кафтан под зад, усадил меня на колени, сдал слегка назад для разгона и сказал:

— Как плюхнемся на лед, ноги сразу поджимай. Не зевай, любимая!

Жизнь промелькнула перед глазами. Мне даже вспомнилась старуха в красной бандане, которую я видала лишь во сне и к неприятностям исключительно. Не успела я придумать к чему явление, как санки, бешено гремя мерзлым железом по ледяной стиральной доске, соскочили с горы, вылетели на ровное место и понеслись прямиком к черному забору. Бревна, из которых его сделали, ничего хорошего не обещали.

— Аааааааа! — само вырвалось из горла.

— Аааааааа! — не отставал Есаул.

Вдруг заметная кочка на ледяной трассе сработала трамплином, и мы улетели. Сначала вверх, потом вперед.

Хорошо бы приземлиться в имперском консульстве в Бохоро. Тепло, светло, безопасно. Можно в бирюзовый бассейн. Я замечталась.

Рыхлый мокрый снег с хрустом принял наши обреченные тела. Сырой холод был везде во рту, в волосах, в трусах и в сапогах. И доказывал однозначно, что тепло и сухо мне пока не светит. Я разочаровано хотела сесть. Не вариант. Тогда хотя бы попытаться вздохнуть полной грудью и выплюнуть снежную массу изо рта. Как бы не так. Плотный холодный слой теснил везде и намекал тяжестью, что я снизу. Тяжелый мужчина сверху не подавал признаков жизни. Я, гребя обеими руками податливый сугроб, словно разваристую кашу, вынырнула на божий свет.

Пират лежал звездочкой в центре снеговой кучи. Глаза закрыты. Я прокопала из-под него настоящую нору, которая совсем не собиралась осыпаться, до того липкий был снег. Он продолжал валить хлопьями с небес и набиваться в разные места.

— Рома, — встревоженно позвала я, склоняясь над утихшим другом, — Ромааааа.

Этот придурок схватил меня за шею и полез целоваться. Я отпихивалась. Он высказывался, де, я сама назвала его любимым, надо отвечать за слова. Я сопротивлялась. Он настаивал. Снег в трусах и носках превратился в воду. На встрепанных волосах норовили прижиться белые шапки. Но холода я не чувствовала и сдаваться не собиралась.

— Отвали от меня! Ничего не выйдет. Я барону обещала…

— Как ты мне надоела со своим бароном! Где он, где? Нету! А я здесь, рядышком…

— Отстань!

— Я не отстану!

— Что здесь происходит!! — раздался глас с небес.

Неприятный удар палкой пониже спины заставил сесть и проморгаться. Три толстые дамы в серых одеждах уставились на нас. Самая толстая держала в руках моргенштерн.

— Кто из вас женщина? — задала она вопрос. Голос имела густой и зычный.

Я только открыла было рот.

— Я, по-видимому, — неожиданно высказался Романов.

Встал во весь рост, отряхивая полы кафтана. Они распахнулись на обнаженной безволосой груди, демонстрируя комплект красивых мышц. Лиловые шелковые панталоны малоприлично обещали спереди. Пират выгреб снег из ботфортов, подтянул их и произнес:

— Привет, Марта, родное сердце! Не узнаешь крестника?

— Ну наконец-то! А мы вторые сутки фонарь на башне жжем, тебя высматриваем, — сурово, но все же не без тепла, ответила тетя с буздыганом, — кто там с тобой?

— Я женщина, — я решилась рекомендоваться по здешним запросам. Встала рядом с флибустьером, отряхивая снег, как собачка.

— Да, — она вгляделась внимательно, — так и есть. Высокая девчонка с кудряшками. В сапогах и кителе.