Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 14 – Юлий Люцифер

Она боялась того, что метка на запястье “ненужной” жены ответила замку.

— Вы не понимаете, какие силы трогаете, — сказала Октавия тихо.

Нина посмотрела на нее.

— А вы не понимаете, что бывает, когда женщине больше нечего терять.

Октавия долго молчала.

Потом сказала Дамиану:

— Утром мы поговорим.

— Да.

— Без посторонних.

Нина усмехнулась.

— Если вы обо мне, то я жена, а не посторонняя. Пока еще.

Октавия ничего не ответила.

Она вышла.

В комнате остались Дамиан, Нина и Тая.

И треснувшая чаша с кровью у камина.

Нина посмотрела на нее.

— Это убрать. Но не уничтожать.

Дамиан медленно повернулся к чаше.

— Это опасно.

— Для доказательств обычно опасно, когда их оставляют у виновных.

— Ты считаешь меня виновным.

Она подняла глаза.

Вот он наконец спросил не как властитель. Почти как человек.

Нина могла бы смягчить. Сказать: “Я ничего не знаю”. “Мне надо разобраться”. “Я не в себе”. Но прежняя Эвелина, кажется, всю жизнь смягчала углы, пока об них не разбилась сама.

— Да, — сказала Нина. — Считаю.

Лицо Дамиана стало неподвижным.

— Даже если ты не знаешь всего?

— Я знаю достаточно. Ты был здесь. Она была здесь. На мне треснула метка. В чаше кровь и пепел. Твой дом уже готов назвать это моим недомоганием. Начнем с этого.

— Я не хотел твоей смерти.

— Какое великодушие.

Он вздрогнул, будто она ударила его.

Нина устала до тошноты. Ей хотелось лечь, закрыть глаза, проснуться дома, даже на том самом асфальте, только бы не в этом теле, не в этой комнате, не перед этим мужчиной, чье лицо чужая память любила три года почти без ответа.

Но она не могла себе позволить исчезнуть.

Не после того, как прежняя Эвелина, умирая, успела спросить о договоре.

— Кто такие Вейры? — спросила Нина.

Дамиан нахмурился.

— Дом Лиоры.

— Это я поняла.

— Один из старших северных родов.

— Они работают с пеплом?

Он помолчал.

— У них есть маги клятвенного пепла.

— А брачные договоры они тоже умеют переписывать?

Дамиан резко посмотрел на нее.

— Почему ты сказала это раньше?

— Потому что вспомнила.

— Что?

Нина прикрыла глаза.

Перед внутренним взглядом снова вспыхнула рука над бумагой, пепел, голос: “Главное — не дать метке проснуться”.

— Не знаю. Обрывок. Мужской голос. Договор. Роувены подпишут. Девчонка будет слабой.

Тая рядом задрожала.

Дамиан тихо выругался.

— Это невозможно.

Нина открыла глаза.

— Вы снова за старое.

— Брачный договор Эштаров хранится в архиве под родовой печатью.

— Значит, завтра я его увижу.

— Завтра ты будешь лежать.

— Завтра я буду читать.

— Ты едва стоишь.

— Читать можно сидя.

Он провел ладонью по лицу. На миг стал похож не на дракона, а на измученного мужчину, который слишком поздно увидел, что дом горит изнутри.

Нина не пожалела его.

Потом, может быть.

Когда-нибудь.

Не сейчас.

— Я пришлю лекаря, — сказал он.

— Другого.

— Другого.

— Женщину, если есть.

— Есть.

— И Таю оставят при мне.

— Да.

— Мои вещи перенесут.

— Да.

— Чашу сохранить.

Он помолчал.

— Да.

— Лиора не входит ко мне.

Губы Дамиана сжались.

— Да.

— И утром вы покажете мне брачный договор.

— Это сложнее.

— Нет. Сложнее будет объяснить дознавателю, почему после измены, ритуала и повреждения метки муж отказал жене в договоре.

Он смотрел на нее долго.

— Ты действительно изменилась.

Нина тихо ответила:

— Нет. Просто ваша Эвелина закончилась.